– П-п-привет! – засмеявшись, передразнила ее Одри. – Ты что, не умеешь разговаривать? Ребята, вы слышали? Наша новенькая – заика!
Я резко повернулся к ней и нахмурился.
– Не обижай ее.
– О-о-о, посмотрите, кто решил открыть рот, – протянул спереди Фин. – Последнего раза тебе было мало, Чудик?
– Довольно! – строго отрезала директор. – Дорогая, присаживайся на свободное место. А вы закройте рты, иначе отправлю на воспитательные работы.
Я тут же сглотнул рвущийся наружу протест, потому что прошлый раз, когда мы с Фином сцепились, меня на несколько дней лишили еды.
Этот мальчик искусно манипулировал и находил нужные слова, чтобы выбелить себя и очернить меня. Скоро ему должно было исполниться девять, что только ухудшало ситуацию.
Девочка в розовом задрожала, когда директор подтолкнула ее в нашу сторону. Она испуганно оглядела ряды воспитанников, и тогда я впервые увидел ее глаза.
Голубые.
Боже, какие они красивые. Как и вся она.
Словно кукла.
Да, я буду называть ее Куколкой, пока не узнаю имя.
Я оглядел стулья и понял, что свободное место осталось только рядом со мной. Сердцебиение сразу же участилось, когда она быстро направилась в мою сторону, сжимая в руках мягкую игрушку.
Куколка опустилась на стул, и меня окутал ее нежный запах, напомнивший что-то… сладкое. Словно шоколад, смешанный с весенними цветами. Я не мог оторвать от нее взгляда, рассматривая неземные черты лица.
– Почему ты так смотришь на меня? – пробормотала она.
– Кажется, я влюбился.
– Что?
Я тут же встряхнул головой, и от этого движения Куколка слегка вздрогнула.
– Эй, – прошептал я, чтобы никто не услышал. – Не бойся, я не причиню тебе боль. Я хотел сказать, что… Мне жаль, что ты здесь оказалась, но я защищу тебя, хорошо?
Она прикусила дрожащую губу.
– Я хочу домой.
– Я тоже, – слабо улыбнулся я. – Но теперь это… наш дом.
Ее глаза наполнились слезами.
Мне не было так больно, даже когда меня били. Почему-то вид того, как она пытается не расплакаться, сломал что-то в моем маленьком сердце. Она казалась такой хрупкой, как хрустальная ваза. Мне хотелось укрыть ее от всего мира и заставить улыбнуться.
– Не плачь. Всё будет хорошо, я тебе обещаю, – постарался я успокоить ее, потому что если ее слезы увидят мальчишки, они сделают еще хуже. – Сколько тебе лет?
– Ч-четыре.
– А мне шесть.
Фин незаметно развернулся и прошептал:
– З-з-заика.
Я скрипнул зубами, но не ответил. Вместо этого сильнее наклонился к Куколке и кивнул на ее игрушку.
– Что это за медвежонок?
– Мне подарили его родители. Они… Они…
