Читаем Честь и польза. Часть первая. Ревущие двадцатые онлайн бесплатно
Согласно утверждению Пири видимая им «Земля Крокера» находилась в 120 километрах от острова Элсмир. Зная точное расположение острова и направление, в котором наблюдал американец ледяные горы, можно было безошибочно определить положение искомой земли. Однако сколько не всматривались путешественники в бескрайние просторы ледяной пустыни, гор они так и не обнаружили.
Для очистки совести, Обручев приказал развернуть дирижабль к полюсу и продолжить наблюдение, добавив к расстоянию указанному Пири ещё двадцать километров. Экипаж послушно исполнил приказ академика, но земля так и не нашлась. Не была обнаружена, несмотря на все старания ученых, и «Земля Брэдли» в свое время открытая Куком. Мощная оптика не фиксировала присутствие тверди в этих широтах, как в прочем не зафиксировал её, и объектив кинокамеры Вертова время от времени снимавшего снежную панораму через иллюминатор.
Погода продолжала благоприятствовать экспедиции. Все время пока дирижабль неторопливо переползал с 85 широты до 88, на небе было ни облачка, но когда он приблизился к полюсу, далеко впереди появилась темная полоска облаков.
Одновременно с этим стал усиливаться ветер все это время дувший в корму дирижабля и перед Обручевым встал трудный выбор – провести высадку на полюсе или, совершив ритуальный круг и сбросив на льдины крест, повернуть обратно, не дожидаясь подхода облаков.
Главным экспертом в этом вопросе стал метеоролог Бурляев. Внимательно изучив имеющиеся у него данные, он предсказал, что южный ветер скоро прекратиться и высадке на полюс ничего не угрожает.
Вняв мнению ученого, академик приказал спускаться, что и было сделано в полнейшей тишине. Произведя небольшой дифферент на нос «Россия» стала спускаться над кучей битого льда, мало чем отличавшегося от того, над которым недавно пролетала.
В глубине души каждый из участников экспедиции надеялся увидеть нечто необычное, что хоть как-то подтверждала сказочность заветной мечты человечества, но ничего не было. Зависнув на высоте пяти метров, экипаж дирижабля выбросил штормтрап, по которому спустившиеся мотористы смогли закрепить на льду специальные якоря.
Только после этого на лед спустились члены экспедиции, и в числе первых оказался Дзига Вертов. Беспардонно отодвинув в сторону Обручева и Самойловича, он буквально выкатился из гондолы и, отбежав в сторону, принялся снимать исторический момент покорения полюса.
К этому времени, ветер, как и предсказывал Бурляев действительно стих и больших проблем с высадкой членов экспедиции не возникло. Крест, благословленный патриархом Тихоном, был установлен недалеко от места высадки, вместе с российским флагом и специальным вымпелом. Отдельно, доктор Бегоунек установил небольшой флаг своей родины - Чехословакии.
За те тридцать семь минут, что ученые провели на верхушке земного шара, они смогли только определить свое местоположение по солнцу, при помощи лота измерить глубину скрывающегося подо льдом океана и провести некоторые физические замеры, связанные с изучением «полярного сияния». Большего им не позволил провести облачный фронт, черной стеной надвигавшийся на полюс.
Дирижабль едва успел оторваться от земли и набрать высоту, как солнце пропало и все вокруг заволокло темным туманом. Вслед за этим стали поступать тревожные сообщения об обледенении корпуса «России». Льдом покрывались не только все металлические предметы, но и сама оболочка дирижабля. Возникла угроза, что наружная оболочка может лопнуть и гелий станет улетучиваться.
В сложившейся обстановке, было принято решение набрать высоту. Задействовав третий мотор, экипаж дирижабля смог вырваться из объятий коварного тумана, но тут, же возникла новая угроза.
Притихший было южный ветер, вновь напомнил о себе. Его скорость неуклонно нарастала, мешая движения дирижабля. Обручев вновь обратился к Бурляеву и тот после недолгого раздумья предложил продолжить полет строго на юг, вместо того, чтобы отклониться в сторону Канады.
Как оказалось потом, на этот раз метеоролог ошибся. Час проходил за часом, но ветер и не думал ослабевать. Порой его порывы достигали сорока – срока пяти километров в час, яростно ударяя в нос корабля. Дирижабль нещадно качало. Крен возникал то на один бок, то на другой, что часто вызывало отклонения руля.
Из-за встречно ветра скорость дирижабля со ста километра в час упала до шестидесяти двух. В сложившейся ситуации встал вопрос об изменении курса, но метеоролог упрямо стоял на своем – ветер скоро ослабнет и его давление на корабль ослабнет.
Академик Обручев мог своей властью приказать изменить курс, но время для принятия решения было упущено. Запасы бензина быстро сокращались и поворот к Гренландии, уже не гарантировал в том воздушном хаосе благополучного возвращения в Баренцбург.
