Читаем Честь и польза. Часть первая. Ревущие двадцатые онлайн бесплатно
Следуя своей легенде, Алексей Михайлович заявил норвежскому представителю, что компания «Арктикуголь» намерена расширить свое присутствие в Баренцбурге, и это было недалеко от правды. Такие планы действительно были и ледокол «Святогор» привез часть оборудования для шахты.
Строгая воинская выправка и прибытие такого большого корабля как «Святогор», породили некоторые подозрения у норвежца. Он принялся уточнять у Покровского некоторые детали его визита, но полковник не удостоил собеседника своими ответами. С холодной сдержанностью, он осведомился у собеседника, какую статью норвежско-российского договора о Шпицбергене нарушило намерение «Арктикугля» увеличить добычу угля на острове.
- Насколько мне известно, обе наши страны имеют, равны права на разработку полезных ископаемых на Западном Шпицбергене или пока мой корабль плыл сюда из Мурманска, в большом мире что-то изменилось и на свои намерения мы должны получать разрешение в Кристиании?
- Нет, ничего не изменилось – выдавил из себя Квислинг, чем вызвал у полковника радужную улыбку.
- Мне очень было приятно с вами познакомиться, господин генеральный комиссар но, к сожалению, дела вынуждают меня оставить вас. Извините – полковник учтиво склонил голову и удалился. От столь недружественного поведения норвежец покрылся красными пятнами, но был вынужден проглотить «гаф» полковника.
Новая встреча особоуполномоченного представителя Москвы и генерального комиссара состоялась через две недели, когда снятые по распоряжению Фунтикова рабочие с шахты завершали установку причальной мачты.
Прибыв в управление шахты, Квислинг стал настойчиво требовать от Леденцова немедленно прекратить строительство военного объекта на территории Шпицбергена, так как эти действия нарушают мирный между Норвегией и Россией.
Генеральный комиссар действовал уверенно, с нахрапом, пугая управляющего всевозможными карами. Неизвестно чем бы это все кончилось, но в кабинете быстро появился Покровский, специально вызванный Фунтиковым.
Со спокойным непроницаемым лицом, Алексей Михайлович выслушал длительные перечисления нарушений российской стороной всевозможных пунктов, параграфов и подпараграфов, которые перечисли ему норвежец. Когда же тот закончил свою обвинительную речь, полковник попросил уточнить, о каком военном объекте идет речь и, услышав ответ, откровенно удивился.
- Но ведь это причальная мачта для транспортного дирижабля, с помощью которого в Баренцбург будут доставлены необходимые грузы. Как видите, мы стараемся идти в ногу со временем, вслед за такими передовыми странами мира как Америка, Англия и Франция.
- Не проще ли было бы отправить в Мурманск ваш ледокол, который способен привезти втрое больше груза, чем любой дирижабль?
- Возможно, вы и правы, господин Квислинг, но я всего лишь маленький человек, который обязан выполнять приказы полученные свыше. Мне приказано соорудить причальную мачту для дирижабля – я сделал. А думать, что выгодно или не выгодно, мне за это деньги не платят – развел руками Покровский, чем ещё больше взбесил норвежца.
- Дирижабль – это в первую очередь военный летательный аппарат и его появление нал Шпицбергеном недопустимо! Это прямое нарушение договора между нашими странами и мы требуем немедленно демонтажа причальной мачты!
Слушая эти слова, полковник с большим трудом сдерживал себя, чтобы не напомнить Квислингу о норвежской причальной мачте в Кингс-беи, но никак не мог это сделать. Мачты на данный момент не было, и приведенный Покровским пример однозначно свидетельствовал бы, не в его пользу. Поэтому, он был вынужден прибегнуть к другому оружию – юридическому. Ведь не зря всю дорогу от Мурманска до Баренцбурга, он изучал договор по Шпицбергену.
- Согласно пункту пятому, параграфу второму, в случаи возникновения конфликтных вопросов между двумя сторонами, следует созвать консультативную комиссию, которая должна всесторонне рассмотреть возникший вопрос, и попытаться решить его. Если сторонам не удастся достигнуть взаимопонимания в разрешении вопроса, необходимо составить протокол разногласий, на основе которого будет создана специальная межгосударственная комиссия. В случаи если и эта комиссия не сможет прийти к согласию, то все материалы по делу должны быть направлены в секретариат Лиги Наций, которая определит место, время и состав трехсторонней комиссии по возникшему вопросу. При этом обе стороны конфликта должны проявлять уважение к интересам друг друга и воздерживаться от проявления каких-либо недружественных действий – Покровский сделал паузу в своей речи, приведшей норвежца в откровенное изумление. Господин генеральный комиссар не подозревал, что столкнется с таким знатоком договора.
Память не подвела полковника. Два дня назад, благодаря сведениям, полученным от завхоза Храпова, он специально освежил свои познания в разделе возможных конфликтов интересов по Шпицбергену и теперь монотонно и неторопливо бил по противнику, что называется «из двух стволов».
