Читаем Совок-15 онлайн бесплатно
Все эти действия Маркелов произвёл, не спуская с меня льдистых глаз. Которые еще минуту назад казались мне насмешливо-равнодушными. Как у старого, но еще не облезлого кота, выбирающего себе добычу пожирнее из мышиного выводка, гуляющего по буфету. Теперь же его взор напоминал взгляд российского пенсионера, которому пообещали половинную скидку на оплату ЖКХ. Равнодушие, как и насмешка в нём сейчас уже отсутствовали.
— Продолжай! — успев дважды глубоко затянуться и выпустить в мою сторону почти кубометр болгарского смрада, разрешил он, — Что еще она готова отдать за свою свободу?
— Еще она готова дать свидетельские показания на настоящего организатора сбыта этих фальшивок, — так же, не скатываясь к суетливой щенячьей торопливости, исполнил я просьбу майора, — И поделиться своими предположениями, откуда он это добро получал. А там, чем черт не шутит, глядишь, вы и на типографию выйдете! Или, если уж совсем повезёт, то на канал доставки фальшака из-за границы!
Глупо было бы ожидать, что комитетчик Маркелов после моих слов сразу же подорвётся со своего стула и начнёт отплясывать добрый польский краковяк. Да еще в стиле задорной дореволюционной мазурки. Нет, конечно, для этого он слишком долго подавлял свои человеческие эмоции и душевные порывы. Собственно, как и полагается настоящему советскому чекисту, дослужившемуся до майорской звезды. Но даже гэбисту с пятнадцатилетней выслугой не удалось скрыть от меня предвкушения райской благодати. Жемчужной поволокой блеснувшей в его белужьих глазах. Той самой благодати, которая для ему, наверняка, видится в досрочном подполковнике. А, если уж совсем повезёт, то, возможно, с последующим переводом в Центральный аппарат офиса на Лубянке.
Пора было немного уравновесить сознание будущего подполковника Маркелова и немного остудить его горячее сердце чекиста. Давно уже отвыкшее от романтических мечтаний и прочей обывательской лабуды простых смертных.
— Тем более, товарищ майор, что всё равно у вас на эту Радченко ничего нет! — безо всякой жалости опрокинул я на расслабленный мозжечок гэбэшника отрезвляющее ведёрко с ледяной процессуальной реальностью. — Уж вы мне, Виктор Юрьевич, поверьте, я эту Розу хорошо изучил! Она вроде бы и цыганка, а упрямее, чем три мордовки, из одного села вместе взятые!
Глядя на меняющееся в сторону меланхолического ступора, лицо комитетовского следователя, я старался отслеживать тенденции. Чтобы вовремя остановится и не слишком переборщить с угнетением его служивой психики. Не заметив признаков депрессивного раздражения, продолжил.
— Если упрётся, что нашла эти фантики или, что за своё гадание от неизвестных граждан получила, что тогда? Что вы после этого делать станете? Год-то нынче семьдесят восьмой, а не то, что полвека назад! Не станете же вы её пытать на дыбе или огнём ей пятки жечь? — с осторожной заинтересованностью и более пристально вгляделся я в лицо потомка славных упырей Ягоды, и Ежова.
Сделал я это с надеждой не увидеть на фасаде гэбиста готовности следовать корпоративным традициям своих корпоративных пращуров. И не заметив на нём чего-то, что меня бы растревожило, возобновил ковыряние ржавым гвоздиком в ранимой душе майора.
— Я даже допускаю, что когда-нибудь вы её дожмёте и расколете, но сколько до того момента времени пройдёт? Неделя? Месяц? А, если она и через месяц не заговорит? Вы не поверите, товарищ майор, но, когда я её только начал к сотрудничеству склонять, она мне знаете, что заявила? — я изобразил на лице искреннюю ухмылку, показывая, что и сам удивлён.
И дождавшись заинтересованно-вопросительного взгляда комитетчика, продлил свой экспромт.
— Эта Радченко, когда я так же попытался добиться от неё показаний, она своеобразно пошутила. Сказала что у них в таборе даже самый мелкий чаворо знает главное цыганское правило. Если признаешься, то срок меньше дадут. А, если не признаешься, то вообще ничего не дадут!
Стремясь выглядеть как можно беспристрастным, я внимательно следил за мимикой хозяина кабинета. Совершенно трезво отдавая себе отчет в том, что если перегну палку, то ей же и получу по собственному хребту.
— Ты это мне сейчас для чего всё это говоришь? — потянув из пачки новую сигарету, хмуро спросил меня товарищ по следственному цеху, — Ты думаешь, я не вижу и не понимаю твоей личной заинтересованности? Чего ты хочешь, Корнеев?
— Помыться хочу! И спать лечь пораньше, потому что устал, как собака! — со стопроцентной искренностью ответил я майору, — Но еще я прекрасно понимаю, что пока вы не получите нужный вам результат, мне будет не до сна. Вы ведь хотите получить от гражданки Радченко показания? Развёрнутые и полностью обличающие настоящего организатора сбыта фальшивых денег? И прямо сегодня изъять фальшака в эквиваленте тринадцати тысячам рублей?
— Ты сейчас всё это серьёзно говоришь? — зрачки майора Маркелова прямо через мои глаза кололи мой мозг острее вязальных спиц, — Ты понимаешь, Корнеев, что с тобой будет, если ты меня подставишь⁈
