Читаем Совок-15 онлайн бесплатно
— При цыганском сифилисе с конца не капает, от него у мужиков нос проваливается! У баб не проваливается, а у мужиков через месяц или через два… Так что время у тебя пока есть! — не очень удачно попытался успокоить я гэбиста. А в голове в эту же секунду мелькнула корыстная и слегка неприличная мысль… — Я вот, что подумал, капитан! Давай-ка мы с тобой сами эту твою Розу Мирославовну к следователю отвезём? А по пути ненадолго в КВД заскочим? Тебя-то проверять пока бессмысленно, всё равно надо три недели ждать, пока эта зараза проявится. А вот её пусть проверят, как следует. Там делов-то всего на двадцать минут, если без очереди и без лишней бюрократии… Помашешь перед тамошних медперсоналом своей грозной ксивой и готово! Ты же хорошо это умеешь! Скажешь, что дело государственной важности и всех делов! У неё кровь, мазок возьмут и она свободна! А ты уже через десять минут на руки готовый результат получишь! Со всей ясностью в своей беспорочной жизни! — по-товарищески посоветовал я простейшее решение капитану.
Предложил я это неспроста. Мне подумалось, что намного будет лучше, если следак допросит Розу без присмотра коварного и беспринципного Хлебникова. Так гораздо надёжнее будет, если он это сделает в моём присутствии и без какого-то давления со стороны подполковника. А для этого надо цыганку отсюда изъять и увезти куда подальше. То есть, к следователю. И заодно мне просто захотелось убедиться в том, что гражданка Радченко здорова. В том числе и в интимном плане. Так, на всякий случай…
Лицо потенциальной жертвы постыдного и экзотичного недуга немного разгладилось. Но тут же снова померкло и скуксилось от предвкушения лишений и несмываемого позора.
— Нет, он сразу же меня облает и на хер пошлёт, если я к нему с этим сунусь! Уж я-то его хорошо знаю. Скажет, чтобы выполнял полученное указание! — загнусил было Сафин, но в следующее же мгновенье на его кислой физиономии блеснула робкая надежда, — Слушай, Корнеев, будь другом, ты сам предложи ему такой вариант? — впервые за все время нашего недолгого знакомства, заискивающе и как бы снизу вверх, обратился он ко мне, — Уж не знаю, что ты там ему наобещал, когда вы с ним выходили, но он почему-то к тебе теперь прислушивается. Так что ты лучше сам скажи ему, что так оно для дела полезнее будет? Может, тебе он даст добро?
Определённо, в трусливых словах младшего из чекистов некоторый резон присутствовал. И пока подполковник мне благоволит, попробовать склонить его к нужному решению всё же имеет смысл.
— Хорошо! — после недолгого как бы раздумья, сдался я на уговоры чекиста-сифилитика, — Так и быть, помогу тебе, дружище! Одной же Родине служим! Жди меня здесь! — одарив капитана сочувственным взглядом, пошел я договариваться с Хлебниковым.
— Черт с тобой, Корнеев! — выслушав мои доводы, на удивление легко согласился старший гэбист, — Допроситесь и сразу назад! А, чего Сафин там, в коридоре, мнётся? Ну-ка давай его сюда!
Еще минут пять ушло на жесткий инструктаж моего попутчика, а, если быть совсем объективным, то конвоира. Капитану было велено не отпускать от себя Розу ни на шаг. И вместе с этим неотрывно приглядывать за мной. Всё это подпол, абсолютно не стесняясь, высказал своему подчинённому в моём присутствии. И я в очередной раз убедился, что главный постулат советского чекиста — «Друг-то друг, а обыскать надо…» был, есть и будет актуальным в их епархии во все времена. В революционные, в докоммерческие и в коммерческие. Но самое главное было тоже произнесено. Товарищ Хлебников в моём присутствии, однозначно и вслух объявил капитану, что с недавних пор гражданка Радченко изволит пребывать в качестве свидетеля. И, что допрошена она должна быть в соответствии с этим статусом. Это Сафину и надлежит передать следаку перед началом процессуальных действий с Розой.
Я ожидал хоть какого-то бунта со стороны капитана, но его не последовало. По всей вероятности шкала его приоритетов несколько сместилась и теперь его гораздо больше волновали другие житейские частности. Более для него важные, нежели судьба и процессуальный статус преступной цыганки.
Из городского храма униженных и венбольных гэбист и цыганка вышли рука об руку. Капитан государственной безопасности Сафин ступал, сияя ярче обеденного июльского солнца. И на гражданку Радченко он посматривал уже без прежней классовой озлобленности невиннозараженного. Видимо, он уже не считал её вероломной гадиной, безжалостно разметавшей его семейный очаг, а заодно и карьеру. Мало того, теперь он не гнушался её близким обществом и даже аккуратно придерживал ромалку под ручку. Словно свою старшую дочурку-девятиклассницу, степенно провожая её к алтарю.
Насколько капитан был радостен, примерно настолько же хмурой выглядела Роза. Открыто возмущаться и протестовать, в силу своего незавидного и зависимого положения, она пока не решалась. Но и своего неудовольствия скрывать нужным не считала. Гражданка Радченко была сердита.
