Читаем Совок-15 онлайн бесплатно
Мозаика, которая и до того просматривалась достаточно отчетливо, окончательно прояснилась. Для этого мне достаточно было увидеть почти счастливого майора Ахмедханова. Который, грубейшим образом нарушая субординацию, очень вольготно расположился на прежнем своём месте. На том самом, которое он вполне заслуженно утратил из-за своей антиленинской риторики. И которое теперь на всех законных основаниях принадлежало Ире Алдаровой.
Но, если один майор, хоть он и пытался это скрыть, выглядел чрезмерно довольным, то второй его бычьей радости не разделял. В отличие от Ахмедханова, глаза Данилина живоглотным позитивом не светились.
Дойдя до своего стула, садиться я не стал. Потому что через секунду или через две всё равно придётся вставать. Мои коллеги, те напротив, времени зря не тратили и на свои места рассаживались без какого-либо промедления. Как опоздавшие театралы на полуторарублёвой галёрке. В явном предвкушении эстетического удовольствия от очередного дивертисмента с моим участием. Надо полагать, спинным мозгом чувствуя скорое и яркое развлечение, которое скрасит им сегодняшний день.
— Ну? Чего ты стоишь? — не проявляя никаких эмоций, уставился на меня печальными глазами майор Данилин, — Чего не присаживаешься, Корнеев? Или у тебя геморрой? — без малейших признаков какого-либо сарказма поинтересовался у меня мой прямой начальник.
Грусть главного следака полностью компенсировал старший следователь Ахмедханов. Шутка руководителя нашего отделения не просто пришлась ему по вкусу. Она ввергла его в неописуемый восторг. За всё время нашей совместной правоохранительной деятельности я впервые услышал, как заливисто умеет выражать свою радость этот, как оказалось, очень весёлый джигит. Сейчас Талгат Расулович смеялся так, как смеются похотливые доярки на сеновале. Когда сотоварищи по животноводству мужеского полу щекотят их своими усами промеж голых грудей.
— Точно! Геморрой!! — радовался начальственной аллегории Алексея Константиновича опальный майор, — Я сам вчера видел, как они с Гриненко усирались на лестнице с тем бугаём! Лично наблюдал! Как есть, точно, надорвались! Точно, Константиныч, верно ты подметил, геморрой у Корнеева!
Талгат Расулович до такой степени развеселился, что уже ни на кого не обращал внимания. В том числе и на Данилина. А тот между тем, веселья своего бывшего зама поддержать не захотел. Скорее даже, наоборот, на неуёмную радость подчинённого абрека он смотрел недовольно скривившись.
— Поясни мне, Сергей, кто тот человек, которого вы с Гриненко вчера из здания райотдела в бесчувственном состоянии выносили? — без прежнего своего энтузиазма начал до меня домогаться начальник следствия. — Талгат Расулович утверждает, что того гражданина вы насильно похитили и увезли в неизвестном направлении! Скажи мне, Корнеев, это так?
Следователи, сидящие вокруг меня и в отдалении, встрепенулись, и задвигали стульями. Кто-то из них начал с неодобрением зыркать в мою сторону. Только Лидия Андреевна сидела за столом и не шевелилась. Но по её напряженной спине было видно, что ей так же тревожно, как и остальным.
— Талгату Расуловичу после двух стаканов коньяка всегда что-то мерещится! — решил я не менять вчерашней тактики и попёр буром, — Вот и вчера он снова всё перепутал! Если бы товарищ Ахмедханов был трезвым, он бы заметил, что бугаев было двое, а не один! — глядя в глаза Данилину, уверенно продолжил я. — Странно это, обычно у пьющих людей в глазах двоится, а тут всё наоборот! — сокрушенно развёл я руки в стороны.
На всякий случай развернувшись в сторону джигита, я заметил, что радости на его лице убавилось. Теперь вместо ликования на его лице появилось более привычное мне выражение агрессивной скорби. Он уже начал открывать рот, чтобы что-то сказать, но я его опередил.
— Знаете, Алексей Константинович, я еще вчера заметил, что майор Ахмедханов ведёт себя как-то странно! — с дружественным сочувствием глядя на вскочившего со стула моджахеда, поделился я тревогой с Данилиным, — Когда Талгат Расулович вчера на лестнице начал к нам приставать, я ему посоветовал за разъяснениями обратиться к капитану Захарченко. Но товарищ майор вместо этого стал хватать моего свидетеля за лицо и трогать за интимные места! Мы с Гриненко с большим трудом того мужчину удержали! А, может, это не из-за коньяка, может, это национальное? Вы как считаете, товарищи?
Иного выхода я не видел, кроме того, как трансформировать трагедию в фарс. Даже ценой подобных инсинуаций по отношению к старшему по званию. Почти весь присутствующий народ, включая женщин, обмяк и начал с откровенным, но своеобразным интересом рассматривать сына гор. На меня уже никто не обращал внимания.
— Сука! — хватая ртом воздух, взревел обломавшийся с разоблачением джигит, — Я тебя убью, щенок!
Потеряв контроль над своими чувствами и разумом, майор отшвырнул ногой стул и по прошлому опыту помня, что он создан не для полётов, рванул ко мне, огибая стол.
