Читаем Совок-15 онлайн бесплатно
Мой взгляд встретился с глазами прапора Лёхи. Если он и боялся меня, то умело это скрывал. Всем своим видом выражая физическую усталость, тревожную обеспокоенность и нескрываемую ненависть. Ко мне, надо полагать. А вот желаемого мной ужаса на лице военного я, как ни старался, не разглядел. И это меня не порадовало. Потому что данное обстоятельство могло означать только одно. Что на ширмачка прошмыгнуть не удастся. Что необходимый мне результат придётся отрабатывать. Отрабатывать грязно и муторно.
Сгандобив из кожаного ремешка нехитрую петельку диаметром с футбольный мяч, я приблизился к своему потенциальному источнику. Всё-таки обычный солдатский тренчик от хэбэшных галифе предпочтительней для данной процедуры, но его у меня в данный момент не было. Значит, придется исходить из того, что кожаный ремешок в процессе немного потянется и тогда придется повторять подход. Но этого мне сейчас хотелось меньше всего. Не то настроение у меня сегодня, да и вообще, не любитель я дознания с применением интенсивных методик. Тем более, что берушами вовремя не озаботился.
Стало быть, чтобы сократить действо по времени, придется эту уздечку затягивать на одухотворённом овале лица Лёхи как можно теснее. Намертво придётся затянуть.
Судя по изменившейся физиономии прапора, способы проведения экспресс-дознания нам с ним преподавали по одной методичке. Видимо, догадавшись относительно моих намерений, Алексей наконец-то запаниковал и задёргался всем телом. Но только с очень небольшой амплитудой. Вязка «ласточкой» как раз для того и предназначена, чтобы клиенту ограничить все степени свободы. Почти до нуля.
— Не надо! — глухо прорычал военнослужащий, всё еще стараясь выглядеть достойно. — Прошу тебя, не надо, старлей!!
Стыдить и увещевать меня он не осмелился. Благоразумно воздержался. Видимо, хорошо понимал, что призывами к гуманности и человеколюбию только еще больше раздраконит меня. Знает, сученыш, что вряд ли я забыл, как он мне недавно голову чем-то тяжелым массировал. И про убиенного Никитина, которого они мне всей своей шайкой демонстрировали для пущей моей сговорчивости, тоже помнит.
— Ну, тогда говори, Алексей! — замедлил я шаг, не шибко надеясь на бескровный консенсус с подопытным. — Колись, сука!
Даже, если прапор Лёха сейчас начнёт со мной сотрудничать, мне всё равно придётся его ломать и калечить. И делать это мне придётся предельно безжалостно. Тут без вариантов! Уродовать его буду, уверенно демонстрируя свой палаческий профессионализм. Демонстрируя не ему. И усердствовать в этом буду не от моей приверженности к садизму, а по той простой причине, что мне нужна откровенность не столько Лёхи, как его командира. Тот, в отличие от своих подчинённых, ситуацию знает не фрагментарно. Он знает максимум необходимой мне информации. И всё, что я сейчас делаю, и далее стану делать, прежде всего направлено на достижение доверительного контакта именно с ним.
— Да чего там говорить, просто денег хотели с тебя снять! — быстро выпалил военизированный бандит, — А за то, что по голове тебя стукнул, так ты прости меня, старлей! Я же тебя не убил! Ну поделился бы воровскими «дрожжами», которые ты с жида снял и разошлись бы краями!
Я удовлетворённо кивнул головой. Как и ожидалось, прапор не оказался Спинозой и забалтывать меня начал, не мудрствуя лукаво. Исходя из своих недюжинных умственных способностей. Сильно недюжинных. Но в данной ситуации меня такой его кунштюк вполне устраивал. И даже более, чем. Этим он давал мне законный повод для всех ранее запланированных мною зверств.
— Ну-ну… Жаль! Не о том ты, Алексей! — нарочито зло оборвал я его, — Я-то с тобой, как с человеком, а ты, паскуда, в уши мне ссать пытаешься! Да-а, военные, вижу, что не понимаете вы доброго к себе отношения! Ты, Лёха, совсем, что ли меня за дурака держишь? Или обидеть хочешь такими своим неуважительным ответом?
И не давая прапорщику времени на дальнейшие оправдания, коротким пинком въехал ему в солнечное сплетение. Не слишком сильно. Чтобы раньше времени не угробить его селезёнку и не лишить его необходимой для дальнейшего диалога чувствительности.
С дозировкой я вроде бы не переборщил и всё получилось ровно так, как надо. Бандитствующий прапор, выпав из восприятия объективной реальности, препятствовать мне теперь ни в чем не сможет. Три, а то и все пять минут он будет лишь хватать ртом прелый воздух погреба. И молча пучить свои бесстыжие зенки в затхлое пространство.
Сначала я вытащил из пистолета магазин и выщелкнул из ствола досланный патрон. Не глядя, сунул их в карман брюк. Затем, опасливо косясь на остальной дуэт связанной массовки, начал прилаживать на перекошенный прапорский лик ременную петлю. С петелькой я угадал, её слабины хватило ровно, чтобы втиснуть между верхними и нижними зубами ствол «ТТ». Как и полагается в таких случаях, горизонтальным образом. В мозгу автоматически отметилось, что «ТТ» в этом случае гораздо сподручнее, чем более округлый затвор «ПМ».
