Читаем Сиаль онлайн бесплатно
Выпь ругнулся про себя: не дело живую девчонку приблудную, как чудную заморскую диковинку, любопытным глазам казать. Но обещал. Слово он всегда держал.
– Не разболтаешь? – глянул исподлобья.
– Ай, за кого считаешь?! – Юга тряхнул волосами, упер кулаки в бедра. – Если б я трепался обо всем, что видел-слышал, так давно язык мой на корню бы подрезали…
У самого Дома Выпь все же не утерпел, остановил Юга:
– Ты только того… Она… странная немного.
– Или ты особую из беды выручил? – Юга ничуть не смутился.
Выпь же только разглядел кровоподтек на смуглой скуле, будто вдарил кто в сердцах или в стену толкнул. Юга не впервой было битому ходить, пятна с него быстро линяли, но Выпь отчего-то вдруг потерялся.
– Нет, она… Не знаю.
– Да не проговорюсь я! Гляну только, а после сам решай, что с ней делать. За мной должок, еще с того раза.
Юга мотнул рыхлой, наспех сплетенной косой и первым сунулся в Дом, наперед хозяина. Дом гостю обрадовался – открылся, подставился под мимолетную ласку тонких пальцев. Камни живые к Юга всегда льнули, в любой Дом войти был волен, стоило только попросить.
Выпь же покачал головой. Не любил первое их знакомство вспоминать.
Девчонка спала, свернувшись клубком под старым плащом. Юга осторожно присел рядом, почти не дыша, всмотрелся в детское странноватое личико.
– Она тебе кем сказалась? – спросил звонким шепотом.
– Серебрянкой назвалась. Имя ли, не знаю.
– Серебрянкой, хм…
Юга распустил волосы – влажно, душно пахнуло сыростью Провала. На темные пряди села душка. Довольно засветилась, в прозрачных крыльях виднелись черные паутинные косточки. Ради них душек вываривали, а полученный экстракт после продавали по большой цене. Выпь слышал, что он дарит легкость жизни и дыханию.
Уходить Юга не торопился, глаза его настороженно поблескивали.
– Ну а что, если она из этих…
– Из каких?
– Из
Выпь лишь фыркнул.
– Как? Мы здесь, а Ивановы там где-то. Сами по себе.
– И очень просто! – Юга запальчиво вскинулся. – Девчонка сама же сказала: заблудилась! А то ты не знаешь, что если заблудишься, то куда угодно попасть можешь, даже… к Ивановым.
Выпь призадумался. Сам-то он к этим местам тоже приблудился. Оглядел девочку. И сколько же она у сладня провела?
Спросить, как проспится.
Или не спрашивать?
– Еды я прихватить не догадался, – с досадой вымолвил Юга, перебирая бусы на шее. – У тебя есть что?
– Немного, – спохватился Выпь.
Пропитанием он сильно не заморачивался, неприхотлив был. В Доме, пустующем несколько пальцев кряду, запасов не держал. Твороп весь извел. Почесал в затылке.
– Староста позвал. Праздник у него. Там еды прихвачу. Ты идешь?
Юга глумливо усмехнулся:
– Мой выход последний, важным людям в подарок, в отдохновение.
Выпь кивнул, про себя удивившись: ну какой из Юга подарок, с его-то нравом-норовом?
– Ну, я пошел тогда. Удачи с девчонкой, пастух.
– Ага. Спасибо.
– Обращайся, – хмыкнул Юга, прекрасно зная: не обратится.
К Дому старосты Выпь добрался с изрядным опозданием. Пустили его без расспросов, сразу провели в обеденную, где уже не продохнуть было от гостей и обильной еды. Робел поначалу, но скоро освоился, пристроился в шестом углу, откуда и вид открывался хороший, и об него самого глаз не спотыкался.
Гуляли знатно, одного огня насчитал Выпь клетей десять, да еще пара чаш. Веселили собравшихся приглашенные ваганты, гости пели и плясали, ели и пили за здоровье хозяина и домочадцев. Младшая дочь нарядной бездвижной куклой сидела на почетном месте под охраной матери и тетки. Не смела шелохнуться, изредка моргала тупо, опоенная каменным порохом. Сестер ее староста успешно сбавил из Дома за важных людей за большие дарцы и нынче прогадать не хотел. Прибывшие нови в разговорах уже разобрали по косточкам и девушку, и гул, и самого хозяина.
Выпь скучал. До тех пор, пока к нему не пробрался услужник с вестью: староста к себе требует.
– Хорошо, – буркнул Выпь, испытывая некую даже благодарность к холеному, сытенькому слуге Дома, потому что изображать ветошь под любопытными взглядами делалось все труднее.
Староста ждал его на черном дворе, в кругу нескольких уважаемых гостей и стылой пустоглазой тьмы. Огонь в уличных клетях дрожал под вспышками крепнущего ветра, тени людей вытягивались, мазали узорчатые стенки красного улья.
– Вот и пастух наш, парень толковый! – радостно представил его староста.
Гости с интересом оглядели Выпь, с сомнением переглянулись.
– Молод больно… – протянул налитой мужик в богатой одеже и с багровой рожей. На пузе у него хвастливо лежало ожерелье-низка из дарцов. Взялся под бока. – У нас вон все пастухи раза в полтора и старше, и опытнее, и с плетьми-подсеками не расстаются, да и то не всегда с гулами ладят, а этот-то разве потянет? И-и-и, сомнительно мне что-то.
Староста на то хмыкнул:
– А вот я вам, гости дорогие, все и покажу-докажу. Ну-ка, ну-ка…
И ухватился за резной засов, крепящий створцы улья.
