Читаем Реликварий онлайн бесплатно

— Магия… — проговорил гном, не в силах отвести взгляд от происходящего. — Матерь всех демонов, да это же магия, ее что-то удерживает!

Герман уже понял и без него. Подключив свое новое зрение, он отчетливо увидел черные канаты, перетянувшие машину в нескольких местах и пригвоздившие ее к мосту. Кажется, нечто подобное видел и вампир, внимательно всматривавшийся вперед.

— Вы можете что-то сделать с этим, Мальборк?! — Герман подскочил к вампиру и схватил его за холодную руку.

— Я… хм… далековато… — проговорил тот. — Я попробую, конечно…

Герман и сам чувствовал, что далековато. Будь он сейчас прямо возле машины, было бы куда проще. Он чувствовал, что может влить силу концентрированным потоком, и путы разорвутся. Наверное. Если чутье его не обманывает.

— Виктория, а вы? Вы можете?

Она помотала головой.

Машина снова взревела двигателем. Казалось, вот-вот она вырвется из сжимающих ее тенет, однако мгновение спустя ее захлестнул еще один канат, окончательно приковавший к плитам моста.

В этот момент раздалось новое «крааааак!» и ветвящаяся трещина подобралась к самым гусеницам машины, а мост ощутимо задрожал.

То, что Герман сделал в следующий миг, было неожиданным даже для него самого. Пожалуй, если бы на это решился кто-то еще из стоявших рядом, он назвал бы такого человека идиотом и попытался бы остановить. Но так или иначе он резко, прямо с места рванулся бегом, перепрыгивая через шоколадного цвета каменные плиты и стараясь не замечать того, как они ощутимо подрагивают под его подошвами.

— Охохонюшки, барин, дурья твоя башка, — только и смог сказать на это Внутренний Дворецкий.

Герман же бежал, не глядя по сторонам и видя перед собой только приближающуюся корму самохода. Машина рычала и рвалась, двигатель, похоже, был на пределе и грозил выйти из строя. Не добежав нескольких шагов, Герман почувствовал, как каменная поверхность уходит у него из-под ног, и едва успел отпрыгнуть в сторону, когда небольшой кусок моста, на котором он стоял мгновение назад, рухнул в реку.

Путы он перерубил всего несколькими короткими движениями: раз! — и куски черного каната разлетаются в разные стороны, истаивая где-то за балюстрадой. Два! — и точно также лопается, словно слишком сильно натянутая тетива, другой канат. Три! — и вот уже машина почти свободна, она уже едет, только медленно…

Мост трясся уже не переставая, а трещины ползли через плиты, словно разрастающиеся побеги смертоцвета: быстро и неумолимо. Герман старался не думать о том, что все может рухнуть в бездну в любую секунду. Просто разрывать черные канаты, один за другим.

Наконец, последний канат лопнул и машина рванулась… вот только подвело их то, что, пытаясь вырваться из ловушки, Софья, видимо, вертела руль из стороны в сторону. Самоход двинулся не прямо, а вбок, и мгновение спустя с грохотом уперся в баллюстраду, с которой тут же свалилось украшение, похоже на огромного черного орла, раскинувшего крылья, отмечавшее, должно быть, середину моста.

— Вправо! — проорал Герман, вскочив на броню самохода и вцепившись в выступающий поручень. — Вправо, черт вас возьми, кротокрысья матерь!

Мотор снова взревел, самоход двинулся чуть назад, и снизу раздался отвратительный звук осыпающегося камня. Заверещал гномов питомец, забытый, видимо, внутри машины, вскрикнула отчаянно Софья.

«Крааааааагрх!» — целая срединная секция моста начала рушиться в пропасть буквально секунду спустя после того, как машина, все-таки рванулась вперед и съехала с нее. Герман старался не оборачиваться и не смотреть, что происходит сзади. В какой-то момент ему показалось, что до него донесся крик с той стороны пропасти: должно быть, кричала Виктория. Он смог посмотреть туда только после того, как самоход доехал почти до самого конца моста и встал уже в явно безопасном месте.

Посреди моста образовался провал длиной в несколько метров, и подходить к самому его краю решился бы только самоубийца: было очевидно, что одно неосторожное движение может обвалить еще пару метров полотна.

Несколько фигур застыли на той стороне пропасти. Солнце уже почти село, на черной блестящей поверхности балюстрады играли последние алые его лучи.

Софья заглушила мотор и выглянула из люка. Была она бледной, и руки у нее тряслись так, что едва не соскальзывали с край люка, который она сжала бескровными пальцами.

— Я… я не хотела, чтобы так… — проговорила она, уставившись на Германа, словно он должен был… что? Выписать ей индульгенцию?

— Скажите мне только одно, — проговорил он. — Они смогут пересечь пропасть без этого моста? Есть еще хоть какой-то путь?

— Да, — она мелко закивала. — Есть, я скажу… но там долго, я думала, так будет быстрее… вот и…

— Что ж, видимо, нашим товарищам придется воспользоваться долгим путем, — сказал Герман. При этом в голове его пронеслась мысль: «Хорошо, что там Виктория, она хотя бы осознает серьезность положение и не даст остальным мешкать».

— Я… не хотела, чтобы так… — снова повторила Софья с каким-то детским, плаксивым выражением.

— Никто не хотел, — Герман вздохнул. — Пойдемте, обрадуем их. Авось докричимся.