Читаем Файролл онлайн бесплатно
— Не знаю, не знаю, — Сэмади задумчиво скривил рот, зрелище было еще то. — Я сыт, умиротворен, опять же — поглощенные души надо отсортировать. Проще говоря — нет ни малейшего желания куда-то идти и что-то делать.
— Ты обещал, — не стал чиниться я. — Сам говорил — если что, то помогу. Помогай.
— Говорил, — согласился со мной Барон. — Было. От своих слов отказываться не привык. Обещал тебе, что души твоих соратников не стану забирать — и всех их отпустил. И с годи тебе помогу, но вот только давай завтра, а?
— Завтра не надо, — покачал головой я. — Сегодня надо. Что же до душ — ты немного другое обещал. Речь вообще о мертвецах шла. Мол — покойничков с той стороны ты себе заберешь, а наших, кого сможешь, к жизни вернешь. А по факту что вышло? Вон наглотался, как удав, халявными жизнями.
— Жизни, души — велика ли разница? — добродушно произнес Сэмади. — По сути — одно и то же. Тем более, что тел здесь и не видать. Трупы твоих врагов уже под землей, трупы твоих друзей вообще здесь отсутствуют, так что забрал то, что было.
— Ну да. Вместо тел — души, — не удержался я от того, чтобы его подколоть. — Неплохая замена.
— Слушай, у тебя женщина есть? — этот вопрос Барона меня, если честно, порядком огорошил.
— Есть, — немного помедлив, ответил ему я.
— Скоро не будет, — уверенно произнес Сэмади.
— Почему?
— Потому что она тебя бросит, — скривил губы в улыбке Барон. — Женщины любят веселых мужчин с крепкими задами и авантюрным складом характера, а ты толстеющий зануда. Что женщины? Даже я скоро наши с тобой дела сверну, потому что ты только и делаешь, что нудишь.
— Не зануда я! — мне стало обидно. И немного неприятно, поскольку в словах этой нежити была часть правды. — Не зануда! Просто сам меня вынуждаешь вечно…
— Теперь, значит, я виноват? — Барон сдвинул свой цилиндр на затылок. — Нашел крайнего.
— Короче, — я не имел ни малейшего желания продолжать перепалку. — Ты со мной идешь? Если нет — то бывай здоров, если такое в отношении тебя вообще возможно.
— Иду, — Барон достал из кармана горсть орешков. — Не плачь.
А наглеет мой приятель, не по дням, а по часам наглеет. Хотя, может, все как раз обстоит совершенно по-другому. Есть такие люди (если к Барону можно применить это слово), которые принимая кого-то в свой ближний круг, переводят общение с ним в ту манеру, которая свойственна им настоящим. То есть — становятся с ними почти самими собой, немного приподнимая свою социальную маску, которую обычно носят перед остальными.
Не секрет, что все мы не те, кем являемся. То есть, — перед зеркалом в ванной и в пустой квартире — мы те, кто есть, но стоит появится еще кому-то — и все, мы становимся другими. Мы немедленно натягиваем на себя ту маску, которая появилась у нас еще в детстве, в тот момент, когда каждый из нас осознал себя частью социума и решил для себя вопрос — как в нем существовать. "Клоун", "Циник", "Весельчак", "Сердцеед", "Модница", "Простушка", "Лидер" — каждый выбрал что-то по себе, то, что ему казалось наиболее приемлемым. И эти маски с годами приросли к нашим лицам, стали частью нашей сущности, а у кого-то и заменили собой природное, врожденное "я". Они удобны, они позволяют защитить душу от уколов совести и жалости, они дают возможность жить так, как тебе хочется.
И я — не исключение. Я тоже ношу свою маску, поскольку привык к ней. А еще я не люблю быть "белой вороной" и изгоем, а именно ими и оказываются те, кто не принимает условий этой игры, в которую играет весь мир. Встречаются иногда уникумы, говорящие то, что думают, следующие велениям души и ищущие правду, которой никогда не было и не будет. Как пример — такие люди искренне верят в то, что если они выйдут на демонстрацию за что-то или против чего-то, то их кто-то услышит. Еще они искренне убеждены, что если нести людям доброе, светлое, вечное, то все когда-нибудь станут лучше и чище. Или того глупее — они верят даже в то, что их поход на выборы на самом деле изменит состояние дел в стране. Они живут плохо, нервно, бедно, неустроенно, от них уходят вторые половинки, а дети, повзрослев, их стыдятся, называя идеалистами. И это еще мягко, по-родственному. Все остальные выражаются куда жестче: "дурак какой-то", "вообще не знает, на каком свете живет" или даже: "спустил свою жизнь в унитаз". В результате такие люди плохо заканчивают, и лично у меня нет никакого желания составлять им компанию.
Нет, иногда таким субъектам везет, они умудряются отыскать друг друга в этом огромном мире, а после сбиться в стаю — и это несет большое неустройство остальным, поскольку ведет к глобальным социальным катаклизмам. Например — революции, которые, к слову, потом непременно их же, своих создателей, и пожирают. По-другому быть не может — революции делают прекраснодушные дураки, а их плоды достаются людям с масками на лицах, точно знающим, с какой стороны масло у бутерброда и как должна работать система, неминуемо возникающая после того, как отгремят залпы орудий. И в этой системе для ее создателей места нет.
