Читаем Файролл онлайн бесплатно
— Просто раньше вы вроде как находили на меня время, а теперь каких-то клерков посылаете, — я повернулся к двум юношам, с упоением втягивающих ноздрями теплый затхлый воздух пустого редакционного вестибюля. — Вот я и пришел к выводу, что отныне я не в фаворе.
— Тебе не идет этот слог, — фыркнул в трубке Зимин. — Ты не умеешь верно подобрать и расставить слова, а потому не в состоянии добиться нужного эффекта от изреченной фразы. Стыд и позор, Никифоров, ведь ты же журналист! Интонации еще туда-сюда, а подача и текст — слабоваты.
— Да? — искренне опечалился я. — Грустно. И все-таки?
— Просто мне некогда заниматься всякими мелочами лично, — миролюбиво объяснил мне Зимин. — Не в том смысле, что ты мелочь, а в том… Короче — поговори с ними, а вечером ко мне не забудь зайти, поблагодарить. Все, отбой.
В трубке раздались гудки.
— Хорошо, — внезапно выдавил из себя второй визитер, стягивая лайковые перчатки с рук. — Тепло! А здесь есть какое-нибудь место, где кофе подают?
— Есть, — Вика вытянула руку. — Вон там автомат стоит.
— Автомат? — поморщился Устюгов. — В них же не кофе, а бурда.
— Чем богаты, — я убрал телефон в карман. — Мы тут непривередливые. Ладно, молодые люди, теперь объясните, какого лешего вас занесло в наши палестины и за что я должен поблагодарить Зимина?
— Прямо здесь говорить? — удивился Устюгов. — Может, пройдем в переговорную?
— У нас нет переговорных, — объяснил ему я. — Курилка есть. Подойдет?
— Нет переговорных? — просто-таки со священным ужасом переглянулись клерки. Судя по всему, любое здание без переговорной для них было невероятной экзотикой.
— Нет, — Вика тоже все поняла и от чистого сердца забавлялась. — А еще у нас нет штатного психолога, кабинетов для мозгового штурма с пластиковыми досками и тренажерной комнаты. У нас их заменяет спортивная редакция.
— Верно-верно, — поддержала разговор невесть откуда появившаяся Шелестова, которая, несомненно, слышала последние фразы из разговора. Она обняла за шею Вику, чем крайне ее удивила, и положила ей подбородок на плечо. — Там три в одном получается — сначала можно побухать, потом побухтеть, а после и подраться.
— Шелестова, отпусти меня, — Вика стряхнула ее руки с себя. — У меня возникло ощущение, что на меня напала анаконда и хочет задушить. Не тяни свои лапы к моему горлу.
— Не хочешь — не надо, — Шелестова подошла ко мне и оперлась на мое плечо. — Я просто сегодня люблю весь мир и хочу этим поделиться со всеми. Этих двоих я не знаю, вот тот суровый дядька тоже не подходит, — у него два пистолета под пиджаком — один под мышкой, один на поясе, с ним лучше не шутить. И кто остается? Только вы и наш любимый шеф. Я, как ваша верная подруга, было хотела соблюсти "статус-кво", показать, что я не посягаю…
— Иди работай! — покраснев, рыкнула Вика. — Между прочим, рабочий день давно начался. И руки фу от моей собственности!
— Крепостное право отменили в 1861 году, — прощебетала Шелестова у меня над ухом. — Мы с тех пор все свои собственные. Да, Харитон Юрьевич?
Ну вот нравится Шелестовой бесить Вику, я это понял с самого первого дня. Причем никакой определенной цели она перед собой, скорее всего, и не ставит. Она как ребенок, который тыкает веточкой в жука-рогача — поползет тот после этого или нет. По крайней мере, мне так кажется.
— А у вас тут все время такой бардак? — тихонько поинтересовался у меня Устюгов.
— Куда только местные кадровики смотрят, — поддержал его второй клерк, до сих пор для меня безымянный. — Насколько я понял, вот эта девушка — она подчиненная Виктории Евгеньевны. Следовательно, здесь налицо сразу два должностных нарушения — опоздание на работу и неподчинение приказам вышестоящего руководства, что недопустимо и непременно должно быть зафиксировано соответствующим образом. Плюс вся эта фамильярность…
Ух ты. Вика популярна в "Радеоне", даже эти двое знают, как её по имени-отчеству зовут.
— Вот-вот, — оживилась тем временем Вика. — Шелестова, слышала?
— Канцеляризм не пройдет, — Шелестова выпрямилась и нахмурилась. — Харитон Юрьевич, неужели вы дадите убить ту славную атмосферу, которая обитает в этом здании, неужели вы допустите сюда офисную заразу…
Гости из "Радеона" обменялись нехорошими взглядами.
— Стоп! — не выдержал я и прекратил эту вакханалию. — Обе — в редакцию и ждать меня. Если Таша опять жует — пресечь. Если Петрович спит — разбудить. Если…
— Все понятно, — Шелестова вытянулась по стойке "смирно". — Можно не продолжать. Соловьевой прыщи выдавим, Стройникову и Самошникову на орехи выдадим, Ксюшу… Э-э-э-э… Ну, тоже что-нибудь придумаем. Виктория Евгеньевна, нам пора.
Вика явно была недовольна таким поворотом дела.
— Киф, — нахмурившись, произнесла она. — Мне же интересно, что от тебя надо молодым людям. Имей совесть.
— Давай-давай, — подтолкнул ее я. — Я тебе потом все расскажу. А пока иди и строй народ.
Шелестова ее ждать не стала и уже шагала по направлению к лестнице, напевая "Белла чао".
— Экстравагантная персона, — заметил Ватутин. — Молодец.
— Разгильдяйка, — просопела Вика. — Убила бы.
