Читаем Файролл онлайн бесплатно
Сам текст был напечатан, но ниже него имелась приписка от руки:
"Мы". Кто — "мы"?
Авторство рукописного примечания, положим, сомнений не вызывает, но вот это "мы" меня смущает невероятно. Хотя — может, "мы, Старик Первый"? Да ну, чушь какая. Ладно, эта загадка прояснится, и скоро. Да и не это главное, беда теперь в другом.
Ах, Вика, Вика, ты-то умница, а вот я дубина стоеросовая. Все ты правильно мне, долбоящеру, говорила. И в чем мне теперь идти на это мероприятие? В джинсах? Вежлева хоть в деловом костюме будет, это еще куда ни шло, а мне что делать? Нет, я далек от всех этих условностей, да и в письме по поводу формы одежды ничего не написано, но и так понятно — в свитере там делать нечего, мероприятие светское и в своей нынешней одежде я там буду смотреться как дурак. А им себя ощущать никогда не охота, что бы я там кому ни говорил.
Пойти бы, купить — да куда? Есть ощущение, переходящее в уверенность, что меня отсюда особо никто не выпустит. Может, все же пойти, пообщаться с портье? Такие как он здесь все знают, может, подскажет чего, на предмет проката костюмов или магазина поблизости. Времени осталось немного, но оно еще есть.
Я побарабанил пальцами по столу, положил на него письмо и достал из кармана сигареты. Плакатика "Не курить" на каком-либо языке тут нет, а пепельница, наоборот, в наличии, вон стоит. Значит — можно подымить.
Закурив, я отдернул штору и снова удивился — окна в моем привычном понимании здесь не было. Имелась какая-то бойница, в которую был вделан витраж в сине-красных тонах. Экзотика. Хотя — это как раз укладывается в определенные стереотипы, как-никак — готическая архитектура. Город с многовековой историей и все такое.
Немного помучившись с засовами, я его все-таки открыл и с удовольствием вдохнул морозный воздух.
В этот момент в дверь постучали, и, не дожидаясь моего согласия, в номер вошли Зимин и Валяев, каждый из них в руках держал листки, такие же как тот, что лежал на моем столе.
— Ага, тоже есть, — констатировал Зимин. — Ты как кто идешь? В смысле статуса?
— Как почетный гость, — с достоинством ответил я. — А вы?
Эти двое синхронно усмехнулись, а потом Валяев сказал:
— Тоже что-то в этом роде. Что думаешь по этому поводу?
— Хреново, — стряхнул пепел за окно я.
— В смысле? — как мне показалось, опешил Валяев.
— Костюма у меня нет, — пояснил я и провел рукой по груди. — Не в этом же идти? Там-то все небось во фраках будут, один я, выходит, как непонятно кто. Хотя нет, нас двое таких будет. Никита тоже не ахти выглядит. Это уже лучше, вдвоем позориться не так обидно.
— Мне бы твои заботы, — Зимин подошел к столу и прочел письмо, адресованное мне. — О как. Кит, смотри-ка.
Это он, должно быть, о приписке. Да, вот такой я.
— А ты чего ждал? — Валяев подошел ко окну, вынул сигарету из моих пальцев и глубоко ей затянулся. — Предсказуемо. Как и в случае с Мариной.
— Только у нее нет собственноручного автографа Старика, — потряс бумажкой Зимин. — Хотя… Ей деваться некуда, а наш Киф парень строптивый.
— Моя бы воля — и не пошел бы, — заявил я и уселся на подоконник. — На совещание — одно дело, а на мероприятие — совсем другое. Правильно все Вежлева в коридоре сказала.
— Не можешь не пойти, — снова потыкал в рукописный текст Зимин. — Ладно, обед отменяется, по крайней мере для нас. Ты прав, Киф, нам надо приодеться. Пошли вниз, надо кое-кому позвонить.
— А чего не отсюда? — удивился я. — Или у тебя роуминга нет?
— Здесь телефоны не берут, — пояснил Валяев. — Геомагнитные причуды местности. Так бывает.
А дальше все закрутилось с невероятной скоростью. Через полчаса в мой номер, ставший, по-видимому, штаб-квартирой, пожаловали томные ребята с подведенными глазами и жеманными повадками, они притащили с собой кучу одежды в чехлах, и началась примерка.
Меня бы в принципе устроил самый первый костюм, который я примерил. А что? Сидит вроде нормально, цвет самый лучший — булыжный, но Зимин глянул на меня и сказал:
— Снимай это, позорник! Мы же не на похороны идем.
— Спорный вопрос, — возразил ему Валяев, натягивающий на себя брюки, и добавил: — Но покрой и вправду так себе.
Пришлось подчиниться.
Где-то на четвертом варианте в двери номера ввалилась Вежлева, мигом сориентировалась в происходящем и начала орать на нас всех. Претензия была в том, что мы о себе позаботились, а о ней и Танюше — нет. И это — свинство.
