В небе спят спокойные жар-птицыСпит сурок в комфорте ковыляКонница промчалась вдоль станицы,Жажду самогоном утоля…Был привал в плантации капустнойГде-то за рекой урчал туманЮному махновцу было грустно– Расскажи, что делать, атаман?Атаман пошевелил плечамиЦыкнул зубом, словно был вампир– Есть у нас в отряде англичанинМы его зовём месье ШекспирОн приехал к нам из Альбиона,Чтоб богатым выпустить кишкиСразу выпил флягу самогонаИ про это сочинил стишки — Нас не любят толстовцы и последователи Ганди Darling, мы просто Шекспиры в махновской бандеЮному бойцу запали в душуЗолотые, звонкие словаВышел в поле, грусть свою нарушив,В поле закружилась голова– Сколько можно жить, всё время хныча?Словно пёс морской всё время выть?Если встречу, скажем, Беатриче —Это значит – так тому и бытьЖенственность легка и идеальнаЖенственность летит сквозь временаА если встречу Свету или Таню —Прогоню – зачем она нужна?! Ведь жизнь – это не всегда чаепитие на веранде Darling – мы просто Шекспиры в махновской бандеА потом шёл бой у переправыЗа ручей, что до сих пор ничейИ, к несчастью, красных комиссаровОказалось вдвое больше, сволочейВыстрел красноармейца Яшки ГерцаСлишком часто попадает в цельПарень принял пулю близко к сердцуИ увидел золотую мельВышли в небо огненные лисыПуть свободен. Караул усталИ над ним склонилась БеатрисаЧтоб услышать, что он прошепталОн прошептал — Белый свет и бамбуковые побеги – тибетской панде! Радость моя, мы Шекспиры в махновской бандеВ небе спят спокойные жар-птицыСпит сурок в комфорте ковыляКонница промчалась вдоль станицы…И так далее, и так далее, и так далее…<p>2001</p><p>Безымянный трамплин</p>
