Я как-то шёл в гастроном перед его закрытиемИ прохожие не видели моего лицаПотому что я шёл и смотрел себе под ногиИ вдруг я встретил зверя, бегущего на ловцаИ я сказал ему: «Зверь, давай скинемся на бутылкуИ разопьём её где-нибудь в парадняке.А ловец подождёт, он спрячет в чулане двустволку.Поспеши, а не успеем – мы купим напиток в ларьке»И я сказал: «Посмотри на нелепые серые лужиИ на людей, бегущих с колбасой по домам.Разве время сейчас, когда ты так нужен,Самому попадаться на этот глупый обман?»И ещё я сказал: «Посмотри на эти машиныИ на этих детей, вдыхающих клей.Давай ты не побежишь на ловца сегодня!В такой весенний вечерок неплохо бы выпить портвейн»В его туманных глазах словно что-то вдруг загорелось,И нам хватило даже на две бутылки винцаНо когда я оглянулся назад, на какие-то крики,Зверь вдруг сорвался и опять побежал на ловцаИ я бросился следом, и вдруг я заметил сквозь тополиную сетьКак зверь подбежал к прекраснейшей женщине и был посажен на цепьА трава шелестела, заводы шумели, города продолжали расти —И я сжал кулаки от жалости к зверю, не умея его спастиА зверь и женщина шли сквозь синие сумерки уходящего в прошлое дняИ она смеялась, а зверь не смеялся. И он крикнул, судьбу кляняИ она воткнула нож в его сердце, а шкуру снесла в лабазИ, разбогатев, пообещала себе повторить этот трюк ещё разА я стоял на углу, мне осталась свобода и почти два литра винаМеня никто не собирался ловить и я принялся пить до днаИ на утро был дождь, и было похмелье, и небо цвета свинцаНо я запомнил, как, не разбирая дороги, зверь бежал на ловца.Март-апрель 1996<p>Сын Земли</p>
