Читаем Варяг V онлайн бесплатно
Мятежников загнали в пустующие амбары и сараи, что каким-то чудом уцелели во время пожара. Я велел накормить предателей — хлебом, водой и сушеной рыбой, без излишеств, — и выставить усиленную охрану, а чуть позже вернулся на «лобное» место мастеров, которые уже разошлись по своим палаткам и погрузились в нелегкие «предтинговые» думы. Там я и застал Эрленда. Парень всё ещё сидел у костра и силился рассмотреть в языках пламени какую-то тайну. Дикая пляска огня мрачно отражалась у него в глазах.
— О чём думаешь? — спросил я, присаживаясь рядом.
— Да так, конунг… — ответил он, не отрываясь от созерцания огня. — Думаю о том, кого они всё же выберут. И о том, смогу ли я сработаться с этим человеком.
— Сможешь. Я даже в этом не сомневаюсь. — уверенно припечатал я. — Ты — ученик Торгрима. А это многое значит. Его подмастерья никогда не сдаются. Я по себе знаю. Да и дело у вас будет общее! Нужное!
Эрленд зажмурился в попытках сдержать слёзы.
— Ты прав, конунг! Как есть — прав! Что-то я размяк… — утерев рукавом глаза, бросил парнишка. — Ради памяти Торгрима и его наставничества я буду очень сильно стараться! Клянусь.
— И в этом я тоже не сомневаюсь. — с улыбкой сказал я, по-отечески потрепав парня по плечу. Странное дело, молодой ремесленник в этом мире был мне почти сверстником, но былая личность старого учителя из 21-ого века часто брала во мне верх. Поэтому и относился я к Эрленду снисходительно по-взрослому… Странная метаморфоза. Интересно, что думали остальные на мой счёт? Наверное, это выбивало многих из общей колеи…
Но, не желая сильно углубляться в эти мысли, я поднялся с места и направился к своей палатке.
Ночь плавно легла на мир чёрным шёлком, а неизвестный гигант разлил в небе молоко из звёзд. Летний зной сменился благородной прохладой — горный ветерок гонял её по всему хребту и приносил с собой запах солёного моря.
Я доковылял до своей палатки и, расстелив плащ, сел прямо у входа. Колено распухло и неприятно щёлкало при малейшем движении. Рану на боку облизывала острая боль, но, в целом, всё это было терпимо. Правда, голова гудела почище осиного роя — словно кто-то агрессивный жалил мозги. Жаль, в этом мире еще не было анальгина. Таблеточку я бы сейчас точно проглотил. С этими мыслями я разлегся на плаще и не заметил, как уснул.
Но блаженная чернота целительного сна быстро рассеялась: Лейф и Эйвинд разбудили меня своим громким разговором. Я приоткрыл глаза и невольно сощурился от яркого света бледной луны, что уже вовсю раскачивалась над горными пиками.
Друзья сидели рядом. Заметив, что я проснулся, они замолчали и уставились в пламя небольшого веселого костерка. Я поднялся и протёр веки.
Эйвинд успел побриться наголо. От былой шевелюры на макушке не осталось ни следа — лишь небольшие красные царапины. Он держал в руке бурдюк с чем-то горячительным, но, слава богам, не пил, а просто сжимал его, будто это придавало ему сил. Исхудавшее лицо друга приобрело резкие и мрачные черты, его накрыла бледная вуаль печали. Но серые глаза — озёра для грусти — по-прежнему были живыми. Он превратился в полную противоположность себя былого. Веселого и бесшабашного воина заменил унылый, но мужественный «Пьеро». И как обернуть это вспять, я понятия не имел. А от этих мыслей УЖЕ Я впадал в уныние.
— Ты как? — толкнул меня плечом Лейф.
— Вроде живой. — ответил я.
— Так себе ответ.
— Зато честно. Большего и сказать-то нечего.
Эйвинд прыснул в кулак, а затем хрипло рассмеялся: звук получился по-настоящему диким, будто стая воронья с предвкушением закаркала над трупом.
— Живой… — повторил он. — Да. Живой. И мы… Живые. А она… её больше нет со мной. И никогда уже не будет.
Как отнять у мужчины ярость жизни и уверенность в завтрашнем дне? Правильно… Нужно просто убить его женщину. Останется только месть, но и ее надолго не хватит. Не то топливо…
Мой друг всё же пригубил горлышко бурдюка и сделал смачный глоток, затем предложил выпить мне. Яне стал отнекиваться, к тому же после сна всегда хочется смочить горло. Да и у Эйвинда взгляд был тяжелый, требовательный… Мёд солнышком проскользил по пищеводу, рухнул в желудок горячим соком, но не принёс привычной радости. Я вновь чувствовал себя старым учителем из пластикового мира, разбитыми уставшим. Будто последние сражения выпотрошили из меня все силы. Да так оно и было… Лишь мысли о детях и Астрид согревали мою кровь, не давая ей замерзнуть под гнётом судьбы.
Из нас троих лишь Лейф казался нерушимой скалой, которую не смогло одолеть ни море рока, ни ветер несчастий. Такой же крепкий и надежный, как образ отца в детстве. Он смотрел на огонь и периодически ворошил палкой угли.
— Завтра похороним Торгрима… — сказал я наконец. — Он заслужил красивое место. Я уже приметил одно такое. А послезавтра свершим суд.
— Берр должен страдать, Рюрик. Надеюсь, ты понимаешь это. — чеканя каждое слово, бросил мне Эйвинд.
— Так и будет. — кивнул я. — И на легкое посмертье у него надежды нет. Отправится в Хельхейм.
— Кровавый орёл?
— Возможно…
— Я хочу увидеть кровавого орла над его головой…
