Читаем Варяг V онлайн бесплатно
Я припечатал их властным и одновременно понимающим взглядом — всех. И каждого — по отдельности. Кто-то не выдерживал и опускал глаза, кто-то, напротив, глядел в упор, силясь проверить, а не сломался ли их конунг после всех ран и потрясений. Старый Одд — я сразу смекнул, что это был именно он (только такой ветхий старик и мог иметь такое прозвище) — сидел на плоском валуне, ближе всех к костру. Он опирался на кривую палку, подслеповато щурясь в мою сторону. В его выцветших глазах явственно чувствовалась старческая мудрость, которая никогда не обманывается красивыми словами. Чуть поодаль от него, скрестив руки на груди, стоял Бальдвальд — уважаемый кузнец из Буянборга, которого я мельком встречал, когда еще был трэллом. Своей коренастой фигурой он напоминал мне крепкий дубок. Плотный, с могучими руками и широкими плечами — такого можно было ставить в первый ряд на самого лютого врага и не сомневаться в победе. Аккуратная борода мастера вилась серебром опыта и медью еще не увядшей молодости — седина и рыжие кляксы… Мягкая травянистая зелень в его глазах ни капельки не умоляла его внимательного и цепкого взгляда.
— Все вы знаете, что тут произошло! — начал я, и мой голос, размазанный по сумеречной тишине, громко разнёсся над поляной. — Берр и прочие предатели убили Торгрима. Они развеяли по ветру всё то, что здесь так долго строилось!
Я ронял слова неторопливо, как римский оратор, делая в нужных местах подходящие паузы. В одну из них что-то в костре треснуло и выбросило сноп искр к темнеющему небу.
— Но самое главное — это ВЫ! ВЫ УЦЕЛЕЛИ! — продолжил я. — Почитатели Велунда! На ваших плечах держится весь Буян! Вы куете, строите, добываете, чините и создаёте! Именно ваши руки заставляют наш остров процветать! И вы отстроите здесь всё заново! Горные Копи восстанут из пепла! Я клянусь вам в этом своей честью и своим мечом, так как верю в вас!
Люди одобрительно загомонили, кто-то лихо подкрутил длинный ус, кто-то шарахнул себя в грудь кулаком — всем нравится, когда их хвалят. Особенно, если это правда, а не лесть.
— Однако… — прервал я их. — Для этого мне нужен… Хотя нет… НАМ ВСЕМ нужен тот, кто поможет этому краю расцвести! Тот, за кем пойдут остальные мастера! Тот, кто займёт место Торгрима. Так или иначе, но нам нужно выбрать нового ярла Горных Копий!
Ремесленники будто только и ждали от меня этих слов. Они тут же принялись оживленно переглядываться и перешептываться. Однородная масса умельцев разделилась на группки по интересам. Сразу же появились фавориты, которые начали сверлить друг друга недобрыми взглядами. Для многих из них это был отличный шанс для возвышения, и никто не хотел упускать эту возможность…
А старый Одд тем временем укоризненно качал головой. Мне вдруг стало тошно от этой картины. Кости Торгрима еще не обрели упокоения, а это место уже требовало нового лидера. Внезапно уважаемые мастера показались мне жадными стервятниками над тушкой жирной власти. Но я не мог их винить… Такова была жизнь. Она не любит долгие похороны и зацикливание на прошлом… Она сильна настоящим и всегда смотрит в будущее. Как бы это жестоко и грубо не было о отношению к почившим. Мёртвым — небеса. Живым — земля… И точка.
— Вы меня услышали! Завтра я хочу знать имена достойных мужей для этой роли. — твёрдо сказал я. — Но не торопитесь. Хорошенько всё обдумайте да взвесьте. И без кровопролития! Кто начнёт драку, познает весь мой гнев! Будьте мудры в своем выборе. Ведь от него будет зависеть будущее этого края да и всего Буяна в целом…
Я хотел добавить еще что-нибудь, например, о порядке и законе, но в этот момент с главного тракта донеслись звуки, прервавшие меня. Грубые окрики конвоиров, многочисленный топот грязных ног по сухой тропе, хлёсткие щелчки плетей и стоны пленных — всё это смешалось в чудовищный и пульсирующий гул.
Схваченные в Новгороде мятежники наконец добрались до нас.
Их было много — под две сотни. Старики и молодые мужчины, неосмотрительно поддержавшие Берра, тяжело двигались вперед. Они спотыкались, царапали о камни и без того окровавленные пятки. Кто-то падал, поднимая в воздух облака бурой пыли. Но таких быстро поднимали на ноги зуботычинами и ударами копий. Мои хускарлы, особенно те, что потеряли в Новгородской мясорубке близких, с ними особо не церемонились. Некоторые из пленников были ранены, у многих на лицах застыла тень лихорадки, но никто не жаловался. Они сделали свой выбор и теперь несли за него ответственность. Не было преступления хуже, чем обнажить меч против своих братьев. И все это понимали. И судьи. И виновные.
Огромная тень Лейфа выползла из-за моей спины — я даже не заметил, как он подошел ко мне. Могучий воин хмуро взирал на растянувшуюся процессию.
— Отстали по дороге… — сплюнул он. — Воины подгоняли их, как могли. Но ты просил без излишней жестокости…
— Ничего. — ответил я, не отрывая взгляда от вереницы пленников. — Для жестокости еще будет много поводов. А эти пусть теперь отрабатывают свою виру. Так всем будет лучше.
