Читаем В постели отчима онлайн бесплатно
Руки так и чешутся, чтобы надрать зад несносному юнцу, который с завидной регулярностью вторгается в пространство Яны. Никто не смеет касаться её! Его локоть, с готовностью подставленный Котёнку в аэропорту – мерзость.
И её следует наказать. Взять. Поставить на место, положив под собой.
Потому что моя. И ничья больше.
Ревность внутри отравляет, крышу сносит. Домой после десятиминутного мозгоклюйства от лётного директора, несусь в «Крузаке» как бешеный. И пусть только попробует не оказаться там!
Неужели, влюбился?
Быть не может, чёрт побери.
Влюбиться можно, если ты малолетний дурень в четырёх стенах со своей рукой без намёка на девушку, вдруг встретивший прекрасную красавицу, под стать Яне. Это можно оправдать: гормоны, недостаток эмоций, недостаток опыта, в конце концов. Но когда взрослый мужчина поддаётся на это – дизморалит.
И всё же я вкусил запретный плод, и больше не могу остановиться. Да и не хочу. Подобно яду, девчонка уже проникла в самые глубины, не собираясь давать противоядие.
Кинув машину как попало, влетаю в квартиру, хлопая дверью. Разуваюсь и швыряю пальто на пуфик. Её обуви нет. Чемодана тоже. И в кухне пусто. И в ванной. Толкаю дверь в её комнату, и облегчение расплывается по венам.
– Нашёл.
Яна, стоящая спиной ко мне и лицом к клетке с глупой птицей, вздрагивает и сжимается, обхватывая себя руками.
– Как поездка?
– Он просто подвёз меня домой. И ничего больше.
– А как же ресторан?
– Как только мы сели в машину, я попросила отвезти домой. Это всё.
– Даже так?
Придвигаюсь вплотную к ней, склоняя голову немного вбок. Котёнок пристально смотрит. Не в глаза – сразу в душу, поглощая её ошмётки, вместе с моим терпением. Улыбаюсь краем губ, издевательски выдавая:
– Неужели тебе не жалко того бедолагу, которому набьют морду?
– И кто же это сделает? И самое главное – за что?
Подступаю вплотную, вдавливая Яну спиной в шкаф. Наклоняюсь к лицу, шепча прямо в губы:
– Это сделает твой мужчина, Котёнок. За то, что он мечтает прикоснуться к тебе. Вот так…
Пальцы цепляют край форменной рубашки, которую она ещё не успела снять. Скользят по талии, слегка надавливая, поднимаются выше и сжимают грудь через тонкое кружево лифчика.
– Дмитрий, прекрати, – шепчет она. – Ты не мой мужчина, а муж матери. Нам нельзя. Снова нельзя.
– И кто же мне запретит, м?
– Это неправильно!
– Мне решать, что правильно, а что нет.
Я свободной рукой приподнимаю её за подбородок, открываю нежную шею для своих страстных нападок, впиваясь в неё губами, а потом зубами. Не кусаю сильно. Просто веду, заставляя желать большего.
А потом ладонь перемещается к краю её юбки, проникая под неё. Меня заводит мысль о том, что Яна носит такое лёгкое и невесомое кружевное бельё. Хочу, как можно скорее увидеть её в нём, но не тороплюсь. Игра слишком сладка на вкус, а я очень соскучился.
Ласкаю её половые губки через ткань трусиков, чувствуя, как она намокает. Почти течёт для меня.
– Дмитрий, нельзя…
Последняя попытка отстрочить неизбежное едва слышным голоском, и я медлительно, играючи касаюсь её губ, оттягивая нижнюю. Прохожусь по ней языком, и врываюсь в её сладкий ротик, переставая ощущать сопротивление.
Жарко. Мокро и горячо.
Так, что не можешь напиться.
Приходится практически впиваться в её губы своими.
– Запомни раз и навсегда, Яна.
И снова возвращаюсь к губам, отбирая у неё воздух. Заставляю задыхаться в своих объятиях. И Котёнок сама тянется за новой дозой, почти не дышит. Кусает мои губы, упиваясь страстью. Обнимает мягко за шею, прижимаясь всем телом.
Штаны тесные, слишком. Становится даже больно от давления на член. И она всему виной.
Удерживая девушку на себе, несу в ванную комнату, усаживая на бортик ванны. Наблюдаю, как она пытается совладать с пуговицами на моей рубашке, выскальзывающими из дрожащих рук.
– Яна, – тихое, с придыханием, произнесённое прямо в губы. – Я сам.
Расстёгиваю и стаскиваю рубашку. Эластичная, приятная на ощупь ткань её рубашки моментально разорвана и отброшена в сторону. Позже что-то придумаю, распоряжусь, чтобы выдали новую. Думать сейчас об этом не хочется.
Котёнок великолепна в форме стюардессы. Но без неё ещё прекраснее.
Хочется кожей к коже как можно быстрее. Белый кружевной лифчик тоже идёт к чёрту, и она тут же льнёт к моему оголённому торсу, упиваясь его теплом. Грудью чувствую трение девичьих затвердевших сосков. Вглядываюсь в глаза дочери жены, толкаясь к ней, давая почувствовать, насколько возбуждён. Чтобы знала, как действует на меня.
Спускаюсь поцелуями к грудям. Играю с сосками. Облизну и подую, пока она пытается сдержать стоны, но не выходит. Старания бесполезны, всё равно жалобно, просяще всхлипывает. Неужели так нравится эта ласка?
Очевидно.
