Читаем В постели отчима онлайн бесплатно
– Нет! Никто меня не посылал! Я просто хочу быть с вами.
– Не хочешь. Убирайся вон.
Дмитрий встаёт с дивана, натягивая брюки и застёгивая ширинку.
– Я настолько ужасна? – всхлипываю, борясь с накопившейся и давящей на глаза пеленой. – Настолько вам не нравлюсь? Не такая красивая, как те, с кем вы спите? Совсем не соблазнительная?
– Тебе восемнадцать-то есть? Говоришь, как ребёнок, – наклонившись, он стирает костяшками солёную капельку, проложившую дорожку из-под маски к подбородку и тут же выпрямляется, отвернувшись. – Этого ты хочешь? Стать девушкой на одну ночь? Отдать себя человеку, который не умеет чувствовать? Тому, кому на тебя плевать? Кто растопчет тебя, сломает, как только мы закончим? Я умею причинять только боль. Уходи. Иначе позову охрану. Проспись и подумай, кому вообще собралась продать себя.
Мне кажется, что грудная клетка вот-вот разорвётся от тяжести слов Дмитрия.
– Вы же не такой. Я знаю! Иначе бы не говорили мне всё это!
Вскочив с дивана, обнимаю его так крепко, что кажется руки вот-вот онемеют. Прижимаюсь щекой к широкой спине, вдыхая аромат парфюма. И не знаю, что сказать. Сложно подобрать слова, чтобы успокоить такого холодного мужчину, вдруг решившегося на откровения. Что же он пережил в своём прошлом, если считает себя таким монстром? Я знаю, уверена, время способно залечить раны. Время и любовь.
– Ты меня не знаешь.
– Я не слепая. И вы не бесчувственный. Не жестокий. Что-то отравляет вас изнутри. Не знаю причины… – обхожу его, становясь напротив. Провожу холодной дрожащей рукой по слишком красивому лицу, подмечая в глазах злую боль. Хорошо, глубоко спрятанную. Можно и не заметить, но я замечаю, неожиданно для себя произнося мысли вслух: – Но со мной вы можете быть настоящим. А я просто буду рядом, чтобы вам не было так одиноко.
– Глупая. Что придумала в своей голове?! Мне не нужно лекарство от одиночества, у меня всё в порядке!
Дмитрий даже не смотрит на меня, отталкивая за плечи ладонями, как будто обжигается. С секунду глядит на свои руки, отворачивается и бросает через плечо:
– Больше не смей ко мне приближаться. Уяснила?
И выходит из помещения, хлопнув дверью, оставляя оглушённую всем произошедшим меня в одиночестве.
– Капитан, готовы к буксировке? Отсоединяем трап? – спрашивает забежавший внутрь лайнера сотрудник наземной службы, вырывая меня из пучины воспоминаний.
– Две минуты.
Дмитрий отстраняется от меня, и наконец-то я могу дышать спокойно. Он надевает свою фуражку, поправляя светло-каштановые волосы под ней. Ехидно улыбается, бросая мне:
– Мы ещё с тобой не закончили, Колесникова.
Молча разворачиваюсь на пятках, шагая прочь от несносного командира. Запираю дверь лайнера, присаживаясь на удобное кресло в бизнесе. Нет, мне точно срочно нужен излюбленный бабулей ромашковой чай. А лучше пачка успокоительного, ведь неизвестно, что этот мужчина собирается делать дальше.
Пятнадцать минут спустя, мы уже внутри маленького неприметного аэропорта Норильска, заходим отогреваться в брифинговую, больше похожую на крошечную каморку с одним-единственным столом.
Сажусь возле Снежаны, потирая замёрзшие руки. Бранюсь, потому что всё-таки роняю телефон, за которым полезла в карман форменного жилета. Стекло, приклеенное к экрану телефона, идёт сеткой трещин.
Всё же, чему быть, того не миновать. Можно сотню раз ловить телефон за наушники, у земли, на коленях, но он всё равно разобьётся, если ему суждено. Можно всю жизнь любить летать, и всё равно разбиться в авиакатастрофе, если так суждено. Можно бесконечно избегать своих чувств, но всё равно встрять, если так задумано изначально судьбой.
Подняв телефон, провожу подушкой большого пальца по самой крупной трещинке, осознавая, что он не просто любит мою мать. Именно в ней нашёл наконец-то лекарство от боли, утешение от своего одиночества.
И я не имею права больше думать о нём. Не имею права даже в мыслях желать!
Ещё через два часа мы взлетаем. Прощаясь, звёздочка за звёздочкой загораются и подмигивают нам в ставшим чистом небе Норильска, провожая домой. В детстве бабуля рассказывала мне сказку, про то, как духи путешествуют по небесам, а люди могут лицезреть это волшебным сиянием. Вот и сейчас сквозь иллюминатор, каждый из нас может наблюдать настоящее чудо – словно незримый художник раскрашивает небо в причудливо извивающуюся ярко-зелёную ленту.
Северное сияние и правда незабываемо. И на душе как-то сразу становится хорошо и спокойно. Слишком завораживающая, сакральная красота таится в этом явлении, на которое взглянешь, и все проблемы вдруг кажутся незначительными.
Полёт домой проходит вполне гладко. А Новосибирск приветствует низкой облачностью и высокой влажностью.
Переступаю порог квартиры осторожно, и тут же замираю в прихожей, различив доносящуюся с кухни знакомую старую песню:
«Но я играю эту роль, как две сестры – любовь и боль, живут во мне необъяснимо», – мелодично напевают девушки из «ВИАГРЫ». – «Тебе и небо по плечу, а я свободы не хочу. Не оставляй меня, любимый…»
