Читаем Рэм онлайн бесплатно
Горечью тут же обожгло язык, Рэм тяжело сглотнул, и горло онемело. Таблетка скользнула по пищеводу как к себе домой. Не задержалась на входе. Раз. И мир затянуло серой дымкой, через которую мгновенно перестало быть больно. Нет, не так. Перестало так больно быть. Где-то далеко мелькнула мама, безжизненным кулем отброшенная к стене, но Рэм моргнул, и она исчезла. Все мы рождаемся и умираем. И раньше нас чаще всего умирает та, что нас родила. Правила жизни, дружок. Ты лучше прислушайся к шороху, с которым внутри тебя срастаются ребра. Вдохни поглубже, выдохни с чувством. Ничего не болит? Ничегошеньки не болит.
– Лучше? – спросила Даша, и Рэм вспомнил о ее существовании.
Серая дымка ее почти не тронула, через нее Даша проступала острыми локтями и ключицами, тонким носом и рваными кончиками волос. Рэм потянулся к ней и провел пальцами по щеке. Кожа была холодной и гладкой, будто пластмассовый бок таза. Рэм отдернул руку и полетел куда-то вниз, бесконечно долго, без конца и края, без дна, хотя его он, кажется, уже пробил довольно давно, так что можно было и не ждать. Но он ждал и падал, падал и ждал. Пока чья-то сильная рука не схватила его и не потащила наверх.
Рэм схватился за край лавочки, как за край обрыва, с которого полетел кубарем, но был пойман и возвращен. Даша тянула его за вторую руку и не отпускала, пока он не забрался на лавочку и осел там, хватая воздух пересохшим ртом.
– Полегчало?
Рэм затряс головой, слова пока к нему не вернулись. Да и черт с ним.
– Но скулу придется зашить, – вздохнула Даша. – Странно, что кости срастаются на раз-два, а такая мелочь все равно кровит.
Рэм перестал кивать и потрогал лицо. Скула больше не пульсировала, но под пальцами было липко. Это точно была кровь. Та самая, которая капала в вытаращенные глаза Цынги. Рэма передернуло.
– Не бойся, – улыбнулась Даша. – Я хорошо шью. Лучше всех в группе. Только давай в машине, а то тут зрителей…
На них и правда посматривали праздно шатающиеся по парку. Пришлось подниматься и идти, позволив Даше крепко обхватить себя поперек туловища. В ребрах от этого чувствовалась одна только щекотка, а все остальное тело было определенно не против такой близости.
– Знаешь что? – проговорила Даша, усаживаясь за руль. – Я думаю, нам надо объединить усилия.
В голове у Рэма разливался туманный холодок, и сказанное дошло до него не сразу. А когда дошло, то сразу появились силы сесть ровней и поднять на Дашу глаза.
– Вещицы вместе искать, что ли? – на всякий случай уточнил Рэм.
Даша кивнула и полезла в бардачок за пластырем. Пока она наклеивала его на скулу Рэма, тот старательно смотрел в другую сторону и примеривал ее предложение на свое, привычное уже одиночество. Выходило криво, но многообещающе.
– Загадки у нас разные, будем искать то по одной, то по другой, – сказала Даша, проверяя, не соскочит ли пластырь. – Прикроем друг друга, если что.
– Что, например?
Даша прижала пальцы посильней, и боль проникла через полынную пелену.
– Вот такое, например. – Она отстранилась и взялась за руль. – Но если не хочешь, то давай сейчас ко мне поедем, я тебя зашью, а потом шуруй по своим делам, никаких обид.
– Хочу, – выдохнул Рэм и потянулся к ремню. – А дел у меня теперь одни подарочки Гусу. Больше ничего в ежедневнике. Я однозадачный.
Следующие десять дней Рэм запомнил сменяющимися кадрами фильма, главная роль в котором досталась ему чудом, потому что в типаж он точно не попадал.
Вот они поднимаются в лифте на девятый этаж, Даша смотрит через зеркало, и Рэм смотрит на нее в ответ, но видит свою распухшую физиономию и кровь, что промочила пластырь.
– Сейчас мы тебя починим, – говорит Даша и улыбается легонько. – Снова будешь красавчиком.
От ее слов внутри набухает тепло, но не так осязаемо, как могло бы. Полынная таблетка еще действует и вместе с болью глушит предчувствие чего-то хорошего. Невозможного даже. Рэм думает: может, и не стоило ее пить. Хочется чувствовать острее, хочется запомнить все. Этот лифт с мерцающим светом, эту неловкую тишину, легкое покачивание и сменяющиеся цифры этажей. Шесть-семь-восемь-девять.
– Наш, – говорит Даша, протискивается мимо и первой оказывается снаружи.
Рэм идет за ней, послушно петляет по этажу, стоит у двери, пока Даша ковыряет ключами в многочисленных скважинах, и застывает на пороге, не уверенный до конца, что приглашен.
– Ты вампир, что ли? – смеется Даша. – Заходи давай.
В коридоре Даша сбросила худи и осталась в майке. Рэм старательно отвел глаза от ее груди, проступающей через ткань. Сел на высокий стул у окна, посмотрел наружу. Впритык к дому стоял другой дом с чужим окном ровно напротив, только завешенным плотной шторой. Даша скрылась за шкафом, отделяющим спальню от кухни, зашуршала там и вышла с аптечкой в руках.
– Крови боишься?
Рэм провел пальцем по подтекающей скуле и сунул в рот. На языке стало солено и мерзко, но фокус сработал. Даша закатила глаза и засмеялась:
– Откинься на спинку и постарайся не дергаться.
