Читаем Приказ Шарпа онлайн бесплатно
Французы были уже внутри его форта, но это были мальчишки, насильно согнанные в армию, которых бросили против закаленных ветеранов, и самый закаленный из этих ветеранов нажал на спуск семиствольного ружья.
Звук был подобен выстрелу небольшой пушки. Густое облако дыма вырвалось наружу, и сквозь него семь пуль пронеслись по центру французов, карабкающихся через стену. Шарп мельком увидел адскую картину: отлетающие назад тела, разлетающиеся кровавые брызги, — а затем дым скрыл побоище, и он шагнул вперед, чтобы найти выживших. Справа он увидел синий мундир, и тяжелый кавалерийский палаш рубанул в ту сторону, ломая руку солдата. Тот и так уже шатался, и Шарп оставил его на добивание другому своему бойцу. Он кричал, не осознавая, что именно, искал нападавших и налетел на стену. Он повернул направо, увидел еще один синий мундир и обрушил палаш на затылок солдата. Дым редел, и он, бросив взгляд налево, увидел, что французы, давшие тот мощный залп, теперь движутся к его форту. И они шли в подавляющем большинстве, в то время как его люди все еще были заняты, пытаясь добить выживших после первой атаки. Так вот, подумал он, это конец. Но внутри форта все еще были враги, и они были уязвимы, так что он продолжал идти, споткнулся о тело в синем мундире и увидел впереди еще одного солдата. Тот прижимал мушкет к груди и с разинутым ртом смотрел на бой перед собой, где немногие люди Шарпа демонстрировали результаты многочасовых тренировок со своими длинными штыками-тесаками.
Солдат обернулся и увидел Шарпа. Он задрожал от чистого ужаса и попытался отступить. Это был мальчишка, прикинул Шарп, лет восемнадцати, и сражаться он мог не больше, чем отрастить крылья и улететь. Он все еще прижимал мушкет к телу, штык торчал над его кивером, и он что-то дико бормотал. Шарп занес тяжелый палаш, и бессвязное бормотание мальчика внезапно стало разборчивым: «Maman! Maman!»
Шарп указал палашом за стену.
— Иди, — прорычал он. Мальчишка задрожал, и Шарп протянул левую руку и вырвал мушкет из его рук. — Иди, чертов дурак. — Он пнул мальчишку ближе к стене. — Просто иди.
Мальчишка перелез через стену, потеряв кивер, и Шарп швырнул мушкет ему вдогонку. Затем он увидел, как справа к нему приближается какой-то человек. Он был в ярости на самого себя. Проявлять милосердие в бою было верным способом его проиграть, но он решил, что этот бой и так уже проигран, а вид ужаса мальчишки напомнил ему о беспомощном французском офицере, которого он зверски забил до смерти в Бадахосе. Тот человек не мог сражаться, и его смерть ни на йоту не приблизила победу в ту ночь, и с тех пор Шарпа преследовали его предсмертные крики. Та же звериная ярость теперь обрушилась на солдата, который справа от него делал выпад штыком. Штык был отбит тяжелым палашом, которым Шарп тут же ударил его в лицо. Он ударил его эфесом, стальным диском, который впечатался в нос солдата. За этим последовал удар ногой в пах, и, когда тот рухнул от боли, Шарп обеими руками обрушил свой тяжелый клинок ему на позвоночник. На этот раз без криков, лишь хрипы, пока умирающий извивался у ног Шарпа.
Он обернулся и увидел, что оставшиеся французы продолжают наступать.
— К стене! — крикнул он.
Французы, перебравшиеся через стену, были мертвы или умирали, но среди тел лежали и двое людей Шарпа. Ларкин и Эллиотт. Там же осталась и добрая половина бойцов Терезы в красных платках.
— Винтовки, — крикнул Шарп, — и все сначала, парни.
Все сначала, но теперь против вдвое большего числа врагов, а у Шарпа осталось всего с дюжину человек. Благоразумнее всего было бы сдаться, но Шарп уже отбил одну атаку и упрямо верил, что сможет одолеть и этот второй, более беспорядочный натиск.
И тут он увидел, что с тыла приближаются герильерос, и понял, что люди Эль Эроэ присоединяются к атаке французов. Их отряд, очевидно, получил подкрепление. Эль Эроэ хвастался, что под его началом сотни бойцов, хотя Шарп никогда не видел больше сорока, но, похоже, на сей раз ублюдок не врал. По меньшей мере полсотни, а то и шестьдесят всадников мчались по дороге и по лугам с обеих сторон. Шарп перезарядил винтовку и принялся выискивать кричащий мундир Эль Эроэ. Если уж ему суждено здесь проиграть, он по крайней мере утащит с собой на тот свет этого скользкого ублюдка. Он посмотрел через прицел, но не увидел и следа безвкусного мундира. Он поискал глазами приметного белого жеребца, но, хотя среди стремительно приближавшихся всадников и была дюжина серых лошадей, ни одна из них не была скакуном Эль Эроэ.
