Читаем Нирвана чувств онлайн бесплатно
– Ну не задавила же, – зевая и протирая глаза, равнодушно произнес Джас, но следом пустил замечание театрально-злорадствующим тоном, – но выводы сделаны, Никки. Как получишь права, даже не рассчитывай, что ты сядешь за руль моей тачки…
– Не очень-то и хотелось!
Я закатила глаза и забилась в конвульсиях, изображая раздирающий меня гнев, больше походивший на приступ эпилепсии. Джас махнул рукой, мол, прекрати это. Я, шумно выдохнув приятную усталость, накопившуюся за день, послушно прекратила пародировать злость и села напротив Джаспера. Он лукаво заулыбался мне, поддерживая свое расслабленное туловище на прямых руках, что упирались в накрахмаленный пододеяльник, и закачал головой, утопив длинную шею в плечи. Изучая друга, пребывающего в разнеженном состоянии уходящего сна, я поймала себя на дурной мысли о том, что если все сложится, и Коулман успешно пройдет, то у него появится шанс обосноваться здесь, вдали от своего дома, вдали от Roots, вдали от меня. Как же мерзко и эгоистично сейчас с моей стороны пускать в голову возможную неудачу Джаспера, а с ней и гарантию хотя бы на год сохранить нашу дружбу. Боже, прости за мои гадкие помыслы!
– Слушай, Джас, одного не пойму, – начала я. – Ты насмехаешься над важными церемониями…
Тут Рыжий прервал меня, встрепенувшись, и быстро встал с кровати, приглашая жестом на балкон, и я последовала за другом, стараясь не забыть начатый разговор.
Улицы Бостона отмечали наступление темноты, нарядившись огнями ярких фонарей и зажженных фар автомобилей. Празднество сопровождал вечный гул большого города, а ведь на кого-то он действует лучше, чем любая колыбельная…
– Никки, ты там что-то говорила, – направил Джас, усаживаясь на плетеный стул.
– Ты насмехаешься над важными церемониями, не жалуешь капитализм, отчасти жаждешь аскетизма, ищешь смыслы и делаешь прочие штуки, которые никак не вяжутся с миром шоу-бизнеса, Джас. Зачем же ты поступаешь в колледж, напрямую связанный с ним? Ты ведь не про деньги и славу, – выстраивала логическую цепочку я, периодически поглядывая через плечо на друга.
Думаю, мое стремление понять Джаспера выглядело как попытка в очередной раз задеть друга и указать на его противоречивость…
Джас в ответ усмехнулся, пуская удушающие колечки изо рта. На секунду показалось, что они обвивали и сдавливали его шею.
– Подожди, дело все-таки в славе? Поняла! Ты хочешь, чтобы твои строчки цитировали на выпускных вместо Фроста? – …или как неосознанное отчаянное желание запомниться Коулману небезразличным к нему человеком, оставляя язвы и царапины на стене его восприятия действительности, возведенной между собой и окружающими. Правда, есть неуверенность, что он их вообще замечает.
– Я хочу всеобщего признания, Никки, это не то же самое, что слава, – Джас улыбнулся моим рассуждениям и решил пояснить. – Сама знаешь, чтобы победить, нужно знать правила, но совсем необязательно их принимать, а тем более соблюдать. Я выбрал Беркли, чтобы люди, продавшие душу дьяволу (по-другому не могу объяснить мастерство джазовых исполнителей), научили меня разговаривать с миллионами через творчество, Никки… Мне есть что им сказать, но сначала надо заставить их слушать, понимаешь?
Эх, можно не волноваться за устное собеседование Коулмана, еще парочку похожих умозаключений, и комиссия будет сражена.
Я озадаченно кивнула исполинским планам друга. Джаспер нарисовал в моем воображении картину его восхождения на сцену. Он бы не улыбался, а медленно вышел к публике и прочитал свои стихи или сыграл соло на барабанах, а затем ушел, не искупавшись в аплодисментах.
– Ты все еще обижаешься из-за тех слов в машине, малыш? – Джаспер совсем смягчился и, встав с кресла, поравнялся со мной.
– Нет, я просто не могу обуздать свой эгоизм… – себе под нос пробурчала я и, развернувшись, оперлась спиной на холодную балюстраду балкона.
– Не понял?
– Я просто представила, что если это наше последнее с тобой лето… – я продолжала говорить тихо; укор совести заставил потупить взгляд и затеряться в ворсинках кусочка ковролина, торчащего из-под тюля, – ты обязательно пройдешь, я уверена, но это значит, что…
Джас остановил меня, прикладывая свой палец к моим губам:
– Тсс, что ты себе напридумывала, Никки? Я никогда про вас не забуду, тем более встретимся в кампусе через год. Вы обе поступите, вы ведь у меня крутышки! Будем тусоваться вместе среди джазменов и звуковиков, – Джас прищурился и приподнял вверх сомкнутые губы, сквозь которые просачивался ядовитый хлопковый туман. Рыжий перехватил двумя пальцами мой подбородок, аккуратно повертел его, будто прикидывая, насколько сильно я сплоховала в своем эгоизме, и, нахмурив брови, изрек: – Не смей хоронить нашу дружбу и отводить ей какие-то сроки!
Я недоверчиво выдавила ответную улыбку на согревающие слова Джаспера, однако неуспокаивающиеся сомнения по-прежнему долбились в стенки моей черепной коробки.
Друг освободил мой подбородок и, повернув голову к балконной двери, окликнул Эшли:
– Эй, лучший менеджер на планете, хватит там болтать, иди сюда!
