Читаем Нирвана чувств онлайн бесплатно
– Ну-у, – протянула я и нахмурила брови, стараясь воссоздать в памяти что-то конкретное, а не общие впечатления Тори. – Сестра говорила, что долгое время не могла привыкнуть к интерьеру. Когда шла на пары, ее часто посещала мысль о том, что она учится не в университете, а в католической школе. Вы же видели фотки Йеля? – поинтересовалась я, и Эшли положительно кивнула, устремив на меня любопытные глаза-бусинки.
– Да, он вроде полностью построен в готическом стиле, – подтвердил Джаспер.
– Да-да, крестовые своды, стрельчатые арки и витражные окна, бесконечное количество резных деталей. Выдающаяся башня у них там какая-то еще есть. Не помню названия… Получается, кусок Средневековой Европы в Штатах, – заключила я.
– Это, конечно, очень интересно, но что она рассказывала про обучение и тусовки? Ты сама-то была в кампусе?
– Нет, я выпускной-то пропустила. У нас был с тобой конкурс в это время, Эш, если помнишь, – с сожалением сказала я и отвернулась к окну, пытаясь представить салют из парящих академических шапочек в проносящихся молниями встречных машинах.
– Фу, не говори, что ты расстроена! – вспыхнул Джаспер. – Официальная часть выпускных – это наиужаснейшее из всех мероприятий, которое подростки должны пережить. Особенно напутственная речь и слова выпускников. Сначала бедные студенты из кожи вон лезут, чтобы поразить всех присутствующих своей проникновенной прозой, поэзией и «пониманием» этого мира, перенасыщая их пафосными высказываниями, потерявшими смысл, – Джаспер, напыщенно выделяя голосом слово «понимание», отнял одну руку от руля и поднял ее вверх, почти касаясь крыши машины, – а кто-то – оправдать свою лень и несостоятельность… Зачем это лицемерие? Для чего? О, а дальше фальшивые аплодисменты прерывает стихотворение Фроста[190] «Неизбранная дорога»…
– Джас, ты не прав, вдруг для кого-то это восхождение на кафедру – его звездный час? Вдруг эти помпезные речи замотивируют, отпечатаются на подкорке? Ты об этом не думал? – протестовала я, не соглашаясь с категоричностью друга.
По словам Карли, выпускавшейся с Джасом в один год, Коулман на вручении, не обронив ни слова, забрал бумаги и спустился на место. Не сказать, что наша вокалистка удивилась, посчитав это за попытку выделиться. А как по мне, так его молчание больше походило на чувство вины. Вероятно, ему не хотелось быть в числе тех, кто оправдывается, а строить из себя умника было бы нечестно. Он ведь не подал заявку ни в один колледж, а многие из учителей пророчили ему как минимум тот же Йель. Сейчас же Джаспер за напускным презрением старался снять с себя всякую ответственность за возложенные на него надежды. Оставался вопрос: для чего? Может, Рыжий подготавливал нас к любому исходу прослушивания?
– Согласна с Никки, кому-то необходим толчок… А может, просто надо постареть, Джас, чтобы эти высказывания превратились в седые воспоминания лет так через пятьдесят… – предположила Эшли.
– Я везу в Бостон жертв кинематографа. Вам на противоположное побережье! «Идите на запад, молодой человек»[191]! – подсмеивался друг, а мы с Эшли состроили серьезные лица, игнорируя насмешки, ну, почти. – Малышки, ну вы серьезно? – осознав, что поддержки у нас искать не стоит, Джаспер издал стон разочарования. – Больше всего жаль Фроста, думаю, он бы не обрадовался тому факту, что его строчки читают из года в год перед толпой, где-то на семьдесят процентов состоящей из неспособных понять их глубины…
Возможно, именно эта противоречивость Коулмана, способность осудить или, наоборот, найти оправдание любому, талант видеть глубже, под другим углом, наталкивали на мысль, как не такой экстраординарной мне довелось подружиться с таким удивительным, разносторонним парнем, как Джас. Я обычно не замечала, как, подхваченная азартом, вступала в спор, в уме стряхнув с себя частички критики рыжего оппонента, медленно, с нажимом проводила языком по верхним зубам, словно освобождая его от избытка бесхитростных ядовитых колкостей и по крупицам собирая уместные слова, а после, наконец, решалась на противостояние, как, например, сейчас в защиту церемонии вручения аттестатов:
– Ты недооцениваешь подростков, вдруг среди них сидят такие же, как ты…
– Тогда им стоит немедленно встать и покинуть этот клуб анонимных алкоголиков, что продержались двенадцать лет чистыми или три-четыре года и не сорвались… Да-а, это реально то, что заслуживает оваций! – иронизировал Джаспер.
Но в конечном счете я понесла поражение:
– Джаспер, с тобой невыносимо!
Эшли засмеялась, восприняв разгоревшийся спор за обыкновенные дружеские подтрунивания, а я, насупившись, вновь вернулась к дороге за окном, к своему тернистому пути.
