Читаем Нирвана чувств онлайн бесплатно
Если бы на этой композиции выключили звук, то мы бы походили на душевнобольных, сбежавших из дурки. Как только песня закончилась, Мэттью с выпущенной челкой и зализанными волосами по бокам, будто прямиком с Бродвея, выскочил в центр, демонстрируя свои ковбойские сапоги песочного цвета. Мы дружно засмеялись. Карли ушла из кадра, а Мэттью оглушил нас в мониторы, завывая в микрофон. Но никто не растерялся.
– Стоп! – Все поняли, что следующую нам играть «Where Is My Mind?»[56], и сразу же оживились. Карли взяла в руки акустику и заняла соседний от нас с Уиллом угол рядом с микрофонной стойкой. Она завыла в ответ Мэттью. Джаспер каждый удар совершал всем телом: наклонялся корпусом и мотал в такт головой. Резинка, собиравшая волосы в хвост, отскочила, и медно-красные пряди, переливаясь в свете разноцветных огней, свободно захлестали воздух вокруг Коулмана. Уилл пританцовывал, закрывая глаза и вознося голову к небу. Мэттью змеей вился вокруг микрофона и искал ответ где-то в себе на вопрос «где его разум?» А что я? А я смотрела на окружающих меня музыкантов и представляла, как мы плаваем среди карибских вод и наслаждаемся моментом. Моментом, когда твой разум отключается и растекается рядом с тобой.
Плескаясь в волнах своей фантазии, я не заметила, как закончилась песня.
– Эрн, ты в норме? – смеющийся голос Джаспера ворвался в мое сознание.
Я открыла глаза и чуть не упала от потери ориентации в пространстве. Покачнувшись и приподняв гриф, улыбнулась Джасперу и показала ему язык. Он мне ответил тем же в более агрессивной манере.
– Люди требуют «Hysteria»[57]! – воскликнула Эшли из-за пульта. – Тут уже три тысячи баксов[58] кинули, зрителей пять с половиной тысяч. Давайте, ребят!
В душе я ликовала, предвкушая более сложную партию. Мы с Уиллом быстро перенастроились. Он выпустил меня вперед. Я хотела выглядеть уверенной и пыталась быстро сообразить комбинацию движений, чтобы не стоять столбом. Вступила. Вся композиция прошла как в тумане. Я плавно перегибалась то назад, то вперед, обнимая бас-гитару и не обращая внимание на бегающую с микрофоном Карли и мотающего шевелюрой Уилла где-то сбоку. Финалом песни был рисунок Джаспера на барабанах.
В перерыве Эшли подозвала его, пока наша вокалистка кокетничала перед камерой. Подруга что-то рассказывала барабанщику с загадочным выражением лица и периодически хихикала; при этом они оба поглядывали на меня. Заметив мое замешательство, Джас, посмеиваясь, поманил меня пальцем. Я сняла обмундирование и медленно поплелась в их сторону.
– Походу у тебя появился поклонник, – прошептал мне Джас, – тайный спонсор!
Я не успела ничего ответить, потому что меня встретила радостная фраза Эшли.
– Никки, тут мистер huuuuuu_z задонатил тебе семьсот баксов[59] с подписью «Никки – огонь! Добавь газировки!» – выдала Эш.
– Газировка? – озадаченно переспросила я.
Эшли пытливо сохраняла молчание и ожидала моих догадок.
Газировка?!
– Это Лой, что ли? – ляпнула я, даже не задумываясь.
Эшли посмотрела на меня исподлобья с напускным презрением.
– Нет, это Итан, дурилка! – воскликнула Эш и шлепнула меня пультом от подсветки по руке.
Я опешила, и, находясь в прострации, побрела обратно за гитарой.
Зачем тебе это, мистер острые скулы? Фанаток недостаточно? Как на этот знак внимания реагировать? Складывалось впечатление, что в схватке меня приятно обезоружили, и вместо того, чтобы что-то предпринять, я стояла и смущенно улыбалась. Никки, какая схватка? Соберись! Это просто деньги за мой труд, или Итан решил меня так подбодрить.
Джаспер мне подмигнул, и мы продолжили стрим.
После того, как мы сыграли в более расслабленном темпе пару баллад, Мэттью снова сорвался с места и подбежал прямо к камере.
– Подписота, накиньте песенку! – кривлялся Мэттью.
– «Personal Jesus»[60], 80 % голосов, – озвучила Эшли.
Но Ангел будто проигнорировал ее и, сжав крепко микрофон, повернулся к нам.
– Вы не слышали, что ли, черти? – насмешливо возмутился Мэтт.
Джас дал команду, чтобы мы продолжали шоу.
Ангел все интро провел спиной к камере, нервно дергая стойку, словно его било током. Когда настала очередь Мэттью вступать, он резко развернулся и начал красться в сторону пульта и шипеть текст песни, наводя ужас на Эшли. Глаза-бусинки округлились, а брови от удивления поднялись. Мэттью метнул бешеный взгляд на смутившегося Уилла и в той же змеиной манере пропел:
