Читаем Нирвана чувств онлайн бесплатно
Атмосфера главы:
Black Sabbath – Sabbath Bloody Sabbath;
Bernard Herrmann – Twisted Nerve;
Pink Floyd – Pigs (Three Different Ones);
Courtney Barnett – Pickles from the Jar;
Pixies – Where Is My Mind?;
Muse – Hysteria;
Marilyn Manson – Personal Jesus.
Осознавая, что подруга сейчас зависла на американских горках Уилла на максимальной высоте, по-видимому, вниз головой, я не стала продолжать осуждать ее. Пусть себе болтается вверх тормашками – не сегодня, так завтра резко скатится в яму. Вот тогда-то Эшли, возможно, будет в состоянии услышать мое мнение. Конечно же, мне хочется, чтобы это стремительное пикирование в бездну душевных терзаний не настигло мою подругу, но, зная Уилла, это неизбежно.
Напомнила я подруге о неудачном свидании с Филом. Не знаю, каким тоном Эшли озвучивала мои сообщения в своей голове, но мне казалось, что от каждой напечатанной мной буквы шли гнев и раздражение. Негодование выросло в тройном размере после того, как я молниеносно пробежалась глазами по ответу подруги.
Да она, блин, издевается!
Я [19:03]: Можно еще один трак[49] интриг, мне слишком мало?!
Эшли прочитала и ничего не ответила, оставив меня наедине с догадками, правда, ненадолго. Пришло сообщение от Джаспера.
Как и предсказывал Мэттью, никакой бурной реакции от нашего лидера не последовало. Ну и я решила не пытаться вытянуть ее клещами из Джаспера, а то мои беспокойства и просьбы вмешаться будут восприняты, как выброс ядовитой агрессии после неудачного общения с великим комбинатором Эшли Бернс.
Конечно же, я точно знала ответ на этот вопрос, но от подкола удержаться не смогла.
Очевидно, друг иронизировал. Ни на что не променяю наши сериальные запои с Рыжим. Одни его комментарии чего стоят…
Прочитав сообщение друга, я немного поморщилась.
Ох уж этот Коулман со своей безграничной фантазийной ересью. Но она, не скрою, забавляла и вызывала непроизвольную улыбку, отвлекая от интриг Эшли.
Отложив телефон в сторону, я продолжила внимательно изучать омерзительные картинки, подперев голову левой рукой. Самой безобидной из них казалась схема строения костей, только ее и запомнила.
В надежде на помощь более заинтересованного напарника (Мэттью) я закрыла толстую книгу с надписью «Анатомия животных». Вот бы нам завтра, как Тесею[50], удалось сразить кроммионскую свинью и избавить людей от страданий. Правда, наш поросеночек вряд ли кого-то обижал в своей беззаботной короткой жизни, и прервали ее совсем не мы. Однако вид крови и умерщвленного животного точно вызовут у меня приступ тошноты. Это ли не истязание?
От размышлений отвлекли стук в дверь и возглас отца, призывающего спуститься на ужин. Я нехотя встала со стула и поплелась вниз. Там ожидали напыщенно-серьезные родители и Виктория, увлеченная пролистыванием ленты.
Ужин прошел под звяканье приборов и громкие хрумканья, заполнившие всю столовую. Никто не решался завести разговор. Виктория не отрывалась от телефона, папа потерянно метался глазами по всем членам семьи, а мама, потупив взгляд, c непоколебимым спокойствием элегантно накручивала спагетти на вилку. Иногда я ужасно расстраивалась, что природа решила на мне отдохнуть и лишить наследственной грации. Наверное, папины мечты о сыночке в этом плане реализовались. В отличие от Виктории, убеждавшей меня каждый год, что изящество движений придет с возрастом, я не так сильно заботилась о своем внешнем виде. А может, мне так казалось в детстве. Ведь пока мои мысли заполняли выдуманные исследования сталактитовых пещер с Томом Сойером и битвы с пиратами в Неверленде, Виктория уже заканчивала старшую школу и не водила дружбу с парнями, а исключительно встречалась с ними. Да и сестра не состояла в рок-группе.
Из комфортной повседневной одежды меня вытягивали разве что праздники, выступления и свидания. Правда, последние год как закончились, поэтому они не в счет. Должна заметить, что нехватка выраженной женственности в моей манере одеваться не означало полное отсутствие стиля. Сочетать цвета мне иногда неплохо удавалось, и сценическими образами ребят в соответствии с Карли занималась в основном я.
– Как прошла сегодня математика? – кинул отец.
– Средне, – еле ворочая языком и ковыряясь в почти пустой тарелке, ответила я.
Вдруг мама резко встала и с наигранной улыбкой воскликнула:
– Провинившиеся вчера моют посуду сегодня!
– Отстой, – возмутилась про себя я.
Пришлось вставать и собирать грязную посуду.




