Читаем Луи Вутон онлайн бесплатно
Только что же делать с собой? Этот дурацкий вопрос никогда даже не родился бы, если б меня в то треклятое утро второго июля чин-чинарем взяли на работу. Тогда не осталось бы и места для бесплодной, тупиковой философии, моя голова надежно забилась бы внутренней и внешней рекламой, и туда, в лучшем случае, смогла бы втиснуться только какая-нибудь деловитая и симпатичная молодая женщина, с которой можно было бы помечтать о трехкомнатном райском дворце в «Деревне идиотов». Можете посмеяться надо мной, но я бы обменял каждый час своей нынешней судьбы на эту нормальную, заслуженную мною жизнь (пусть я и кажусь кому-то молодым клоуном), которую у меня так несправедливо отняли.
Временами я начинаю подозревать, что все это – один затянувшийся тест. Что где-то, спрятавшись от меня и мира, сидит исполнительный директор центра и, морща лоб, следит за каждым моим шагом и движением. Что эта чертова должность маркетингового клоуна для до отвращения исполнительного мужичонки настолько неестественно важна, что он просто боится принять окончательное решение прежде, чем потенциальный работополучатель в рамках испытаний не промотает подручными средствами всю планету. Ну и что мне в таком случае остается? Намалевать объявление громадных размеров:
«Продается малоиспользованная планета с восхитительными видами на Солнце и Луну. Полностью укомплектована, все приложения, действующая заводская гарантия минимум на четыре миллиарда лет. Покрыта сетью готовых к эксплуатации электростанций. Согласно сертифицированным испытаниям, пригодна для 7-миллиардного населения вместе с домашними животными. Охрана и уборка в ходят в цену. Есть возможность приобретения в рассрочку (калькулятор прилагается). Выходите со своими предложениями уже сегодня! P.S. Сдаем по выгодным ценам в долгосрочную аренду участки на Луне. Детальная планировка уже делается.».
Ну, что? Нанят я теперь? Эй, алё-ё!? Честно говоря, он должен бы взять меня на работу уже из-за одного моего имени. Луи Вутон! Что в маркетинге может работать вернее, чем раболепное стремление быть похожим на бренд с мировой известностью!
Молчание… Ну и нервы у этого психа.
Н-да, даже не знаю. Хотелось бы все-таки пожить нормальной жизнью, хотя бы понюхать ее или лизнуть. В пределах возможностей, разумеется.
Взвесил следующий проект: привезу со своей парковки нужное число манекенов и как кактусы рассажу здесь, в «Деревне идиотов». В просторных домах появятся несколько замороженные отцы, слегка одеревенелые матери и парочка неуклюжих деток-переростков, можно еще и чучела волков перед собачьими будками посадить. В домах поскромнее поселятся семьи поменьше. Муж, жена и ребенок (плевать, какого пола). Мужчина и женщина. Мужчина и беременная женщина. Мужчина и две беременных женщины. Двое стильных и жаждущих развлечений мужчин и кошка. Четыре женщины и танкист. И так далее, имитируя фантастическое разнообразие моделей семьи в современном обществе. При помощи священного писания по оформлению жилищ из библиотеки Кристьяна и Марис, я мог бы по всем канонам Фен-шуя соорудить здесь муляжи рая для среднего класса. Глава семьи под открытым капотом, мать семейства на кухне у плиты, дети на батуте, дети перед теликом, женщины с бокалом вина в шезлонге на веранде, мужчины вокруг мангала, молодой человек с газонокосилкой, два стильных и жадных до веселья мужчины за задернутыми занавесками, женщина на сносях, лежащая на заднем сидении автомобиля, собака в конуре, с высунутой на солнечный закат мордой.
Надо полагать, что мы с Ким чувствовали бы себя в таком селении как дома. Просыпаешься утром, варишь на огне кофейку и окликаешь соседа: «Ну, Юри, мотор так и не фурычит?». Затем берешь Ким в охапку и присаживаешься к стройным женщинам с бокалами, вино в которых никогда не иссякает, перекидываешься с ними словечком, интересуешься, родила уже Мари или все еще ждет на заднем сидении, когда Юри что-то починит в машине. Потом кладешь очередную кость на пирамидальную кучу, растущую возле будки единственной в деревне собаки. Помогаешь выпавшему с батута ребенку забраться обратно. Вечером же, прихватив пару охлажденных бутылок шампанского, звонишь в миленький звоночек за дверями «стиляг», и когда под утро с полупустой Ким подмышкой оттуда выползаешь, ты счастлив и удовлетворен (возможно, среди прочих и каким-нибудь новым способом) и утешаешь свою обиженную гетеросексуальную совесть тем, что настоящий праздник и должен оставлять послевкусие, то есть, некоторую неловкость.
И так изо дня в день, год за годом. На синем небе сияет арендованное средним классом солнце. Все на своих местах, ничто не меняется. Машина никогда не будет отремонтирована, беременность будет длиться вечно, бокалы не опустеют, собаки не залают, никто не состарится (ибо никто пока не додумался до создания манекенов-стариков). Меня окружает вечная молодость. И будет окружать всегда. Даже тогда, когда я уже дряхлым старцем, шатаясь, выйду из стильного дома и рухну наземь с разрывом сердца.
Жизнь – это временный гость в неживом мире, где никогда не утихает праздник.
