Читаем Игрушка мента онлайн бесплатно

Я долго сидел, уставившись в стену, и чувствовал только злость. Глухую. Ядовитую. Ту самую, от которой хочется не орать, а ломать.

Не успел я отойти от звонка прокурора, мне позвонили по другому поводу.

– Товарищ майор, Ермолов очнулся. Сознание ясное. Состояние стабильное.

– Когда можно его допросить?

– Уже сегодня. Врачи дают добро на короткий опрос.

Я медленно выдохнул. Аркадий очнулся, значит, сегодня же я получу ответы. Выехал к нему немедленно. В голове всё ещё крутилась мысль о том ублюдке, которого отпустили. О том, что справедливость – понятие очень условное.

И о том, что теперь у меня есть ещё один человек, за которого я несу ответственность, хотя она меня об этом не просила.

В палате пахло лекарствами и слабостью. Так пахнут люди, которые ещё живы, но уже не сильны.

Ермолов лежал почти неподвижно. Серый, осунувшийся, с запавшими глазами. Тот самый человек, который вызвал у меня симпатию в первую нашу встречу, сейчас выглядел так, будто его можно было сломать одним словом.

– Майор – голос у него был хриплый, будто каждое слово проходило через наждак. – Снова ты?

Раз Аркадий Николаевич меня узнал, значит, точно пришёл в себя.

– Да, – ответил я спокойно и сел рядом. – Глеб Дёмин. Мне нужно, чтобы вы рассказали, что помните о той ночи.

Он кивнул. Долго собирался с силами.

– Мы ужинали, – начал он. – Я Света и Женька. Обычный ужин. – Он сделал паузу, сглотнул. – Потом мы с дочкой поругались. Она дерзила. Как всегда.

– Ваша дочь употребляла наркотики в тот вечер?

– Нет. Она была... Вменяема.

– А ранее вы не замечали Женю в употреблении?

– Упаси господь. Моя дочь не ангел, но и не наркоманка.

– Хорошо. Что было дальше?

– Поздно ночью я спустился на кухню, чтобы попить воды. Там была Женя. Я спросил, почему она не спит, и... всё. Удар в спину, сознание потерял.

– С этого места подробнее, Аркадий Николаевич, – попросил я. – Женя что-то сказала вам?

– Нет. Ни слова.

– Что она делала, когда вы вошли?

– Сидела за столом с телефоном своим.

– Вы видели, как она бросается на вас? Что у неё нож в руке?

– Если бы видел, попытался бы увернуться, вступил бы в борьбу. Но она сделала это тихо и подло.

– То есть нападавшего вы не видели? Вы уверены, что это была Женя?

– А кто ещё-то? Больше на кухне не было никого.

– Вы пытались позвать на помощь?

– Даже вздохнуть не мог. Нет, не звал.

Всё было более чем однозначно, и мне это не нравилось. Совсем не нравилось.

– Ваша дочь арестована и находится сейчас в СИЗО.

– Там ей самое место.

– У вас нет других подозреваемых? Что насчёт вашей жены Светланы?

– Исключено. Света меня любит. А эта гадина... – Мужчина ненадолго замолчал, морщась будто от боли. – Хорошо, что она меня убить пыталась, а не кого-то ещё. Всё зашло слишком далеко. Я породил убийцу.

– Вина Жени ещё не доказана, – напомнил я.

– Так доказывай, майор! Это твоя работа!

– Можно попросить вас об одолжении? Ваша жена думает, что вы погибли. Так было нужно для расследования...

– Ты в своём уме, майор? – возмутился Аркадий Николаевич.

– Дайте мне несколько дней. Это важно.

– Господи.... У тебя три дня.

– Мне нужна неделя.

– Семь дней и ни дня больше. Я хочу, чтобы ты её посадил. Чтобы она ответила по всей строгости закона!

– Спасибо, Аркадий Николаевич, – поблагодарил я его. Хотя сам не понимал, зачем тяну время и цепляюсь за несуществующие соломинки. – Вы вообще не испытываете к дочери снисхождения?

Я смотрел на него и видел не свидетеля. Я видел отца, который уже сделал выбор. Непростой, но спасающий меня от необходимости вести расследование дальше.

– У тебя есть дети, майор?

– Нет.

– Тогда ты меня не поймёшь.

– Выздоравливайте, – сказал я на прощание.

Когда я сел в машину, в груди было тяжело. Опытный следак. Много лет в системе. Дела, трупы, признания, ложь – всё видел, всё нюхал, всё чувствовал кожей.

И поверил. Поверил какой-то соплячке.

Я ударил ладонью по рулю. В голове крутилось одно и то же, по кругу, как заезженная плёнка:

Ты что, совсем размяк?Когда ты начал верить глазам, а не фактам?Когда позволил эмоциям лезть туда, где им не место?

Женя. Её голос. Её растерянность. Её чёртова привычка смотреть так, будто ей всё время больно, даже когда она молчит.

Я злился на то, что впустил это внутрь. Что позволил себе думать не как следователь, а как мужчина. Как человек.

Потому что по фактам – всё складывалось против неё, я просто отказывался в это верить.

Кроме экспертизы по ране мне и зацепиться-то было не на что.

И через неделю Всего через неделю

Мне придётся поставить точку.

Оформить, подписать, передать дело дальше.

И вырвать Женю. Не из квартиры, не из кровати, не из своих рук А из того места, где она почему-то уже успела осесть.

Изнутри.

Я представил, как она смотрит на меня, когда я скажу это вслух. Не кричит. Не истерит. Просто молчит и понимает.

Я видел такие взгляды сотни раз.

Я сам себя предал. Вот как это называется.

Нарушив закон и инструкции. Ради чего, блять?

Я должен. Я обязан. Я не имею права

А внутри всё равно скребло.