Читаем Игрушка мента онлайн бесплатно

Он развернул меня лицом к стене на кухне. Его руки были грубыми и быстрыми. Одной он держал меня за горло, другой задирал на мне сорочку одним резким движением. Не было поцелуев, не было прелюдии. Только тяжёлое дыхание у меня за спиной и звук расстёгивающейся ширинки.

– Не шевелись, – прорычал Дёмин, и в голосе было столько накопленной ярости и усталости, что я замерла, вжавшись в стену.

Он вошёл сразу, резко и глубоко. Боли уже не было, но от неожиданности я вскрикнула, ударившись лбом о стену.

Глеб не сжалился. Его руки впились мне в бёдра, оставляя синяки, и он начал двигаться. Жёстко. Грубо. Методично. Это не было сексом. Это было использованием. Он трахал меня, как трахают дешёвую шлюху в подворотне – быстро, безэмоционально, чтобы просто кончить. Каждый толчок отдавался в висках, каждый вскрик душился мною в кулак, который я прикусила зубами. Моё тело было для него всего лишь инструментом, живой, тёплой дыркой, чтобы избавиться от той грязи и злости, что он принёс с работы.

Он кончил быстро, с глухим стоном себе в кулак. Сегодня он не использовал презерватив.

Я слышала, как он застёгивает штаны, как тяжело дышит. Он ничего не сказал, не посмотрел на меня. Просто молча ушёл в свою спальню.

Я долго стояла, опираясь о стену, пока ноги не перестали дрожать. Потом привела себя в порядок и тихо легла на свою кровать. Лежала и смотрела в потолок. Внутри была пустота и странная, оглушающая тишина. Ни обиды. Ни злости. Даже той постыдной искры возбуждения, что бывала раньше. Только ощущение, что меня использовали. Как вещь.

Мне казалось, что после нашей близости, в нём что-то дрогнуло. Что железная броня дала трещину, сквозь которую пробился хоть луч чего-то человеческого. Я ловила себя на мысли, что ищу в его взгляде не только холодную оценку, а что-то ещё. Может, снисхождение? Может, зарождающуюся нежность.

Но ничего не изменилось.

Правила остались прежними. Никаких послаблений, уборка, ожидание. Его взгляд, скользящий по мне, был всё таким же оценивающим, но теперь в этой оценке, казалось, было меньше презрительного любопытства и больше собственнического спокойствия. Как будто он убедился, что вещь функционирует, и теперь можно не тратить на неё лишнее внимание.

Вечером, когда он проснулся, помылся и поел, я сама попросилась на улицу.

Я набрала воздуха в лёгкие, как перед прыжком в холодную воду.

– Можно выйти? – спросила я тихо, почти шёпотом. – На улицу. Ненадолго.

Он поднял на меня взгляд от тарелки. Не злой, не заинтересованный. Устало-раздражённый. Как будто я попросила его свернуть горы.

– Я не должен выгуливать тебя каждый день, – бросил он, возвращаясь к еде.

Козёл! Сука! Тварь!

Во мне что-то надломилось. Это была не просто просьба погулять. Это была проверка. Последний рубеж. Если он сейчас откажет, если закроет эту последнюю щель, то внутри меня действительно умрёт что-то важное. Останутся только страх, покорность и пустота.

– Хотя бы полчаса, – голос мой дрогнул, выдавая отчаяние. Я подошла ближе к нему, прижалась к его плечу, провела рукой по его волосам. – Глеб, пожалуйста!

Слово «пожалуйста» повисло в воздухе, хрупкое и жалкое. Я смотрела на Дёмина, почти не дыша.

Он тяжело вздохнул, отодвинул тарелку. Посмотрел на часы. Потом медленно кивнул, один раз, резко.

– Полчаса, – повторил он тем же плоским тоном, но это был уже не отказ, а границы дарованной милости.

Облегчение ударило в голову, такое острое, что на секунду в глазах потемнело. Я не сказала «спасибо». Боялась, что любое лишнее слово или мой тон заставят его передумать. Просто развернулась и почти побежала в комнату, чтобы переодеться в свою толстовку, пахнущую свободой.

Всего полчаса. Всего тридцать минут, чтобы побыть не пленницей, не игрушкой, а просто человеком на улице. Этого было до смешного мало. И этого было всё.

30. Глеб

Я был не в духе.

Хотя, нет, это даже не то слово. Меня будто разобрали на части и собрали неправильно.

Первый удар пришёл в первой половине моего дежурства.

Звонила Юлька Климова.

– Поздравляю, Дёмин, – сказала она без всякой радости. – Колокольникова оправдали.

Серийный убийца. Пять эпизодов. Заманивал девушек в машину, вывозил в лес, насиловал и убивал.

Я расследовал это дело.

– Суд решил, что доказательная база слабая, – продолжила Юлька. – Формально ты сделал, что мог, но... этого оказалось недостаточно.

Недостаточно.

Обожал это слово. Им обычно прикрывают чужую трусость.

– Значит, он снова на свободе? – сказал я медленно.

– Да. Только что отпустили. Из зала суда.

Я сжал челюсть так, что заболели зубы.

Перед глазами всплыли тела жертв, безутешные матери потерпевших, больной взгляд Колокольникова.

И эта мразь сейчас будет дышать тем же воздухом, что и остальные люди?

– Ты понимаешь, что будет дальше? – спросила Юля. – Он снова

– Понимаю, – перебил я. – Очень даже хорошо понимаю.

Она вздохнула.

– Глеб, если бы ты

– Если бы я что? – холодно спросил я. – Подкинул доказательства? Пытал его? Ты бы, сучка, первая меня сдала.

Молчание.

– Не звони мне больше с этим, – сказал я и сбросил вызов.