Читаем Игрушка мента онлайн бесплатно
Ничего, я потерплю. Главное, чтобы папа поправился. Он всё расскажет. Он всё исправит.
Эта мысль была единственным лучом света в этом новом, мрачном мире.
Папа. Он должен очнуться. Он должен сказать им всем, что это не я. Что я не могла его ударить.
А пока пока мне придётся жить здесь. С ним. С этим человеком, который смотрит на меня как на игрушку, который сказал, что я буду ему принадлежать.
Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в коленях. Запах геля для душа Дёмина ударил в нос, напоминая о новом статусе. Я была не просто подозреваемой, я была его пленницей, рабыней, и мне предстояло научиться в этом выживать.
Включив воду, я быстро помылась. Потом замотав волосы полотенцем, принялась чистить зубы. Силилась вспомнить, что случилось ночью, но мозг отказывался работать. Прошедший вечер был сплошным чёрным провалом, зияющей дырой в памяти.
Семейный ужин. Я помню это. Напряжённую тишину, нарушаемую лишь звоном приборов. Взгляд отца – усталый и разочарованный. Сладкий, ядовитый голос Светки, пытающейся «сгладить углы». Всё как обычно.
Я помню, как внутри всё кипело от унижения после того позора в магазине и этих дурацких извинений. Помню, как ненавидела их всех в тот момент.
А потом... потом ничего. Ни обрывков, ни звуков, ни образов. Как будто кто-то взял и вырезал кусок моей жизни острыми ножницами. Очнулась я уже на полу от визга прислуги.
А потом – он. Дёмин.
Больница, где мне стало лучше. Его кабинет...
И сейчас, в гробовой тишине его квартиры, меня вдруг пронзила леденящая мысль, от которой кровь застыла в жилах.
А вдруг это и правда я?
Вдруг в припадке слепой ярости, которую я тогда чувствовала, я схватила этот дурацкий нож с резной ручкой и... воткнула его в собственного отца?
Я смотрела на свои руки. Чистые теперь. Но мне почудилось, что на них всё ещё есть липкие, бурые пятна. Та самая кровь. Папина кровь.
От этой мысли меня заколотило так, что я едва могла держать в руке зубную щётку. Мне стало так страшно, словно я и в самом деле преступница. Не та, на кого наклепали, а настоящая. Та, что способна на ужасное. Эта мысль была страшнее любых обвинений Дёмина, потому что она шла не от другого человека, а изнутри.
Я не помнила. И этот провал был самым ужасным доказательством. Что, если моё подсознание просто стёрло воспоминание, потому что оно было невыносимым? Что, если где-то там, в той черноте, живёт монстр, которого я в себе не знала?
Я обхватила себя руками, пытаясь сдержать дрожь, и разревелась в голос. Эта унылая «дыра», вдруг стала ощущаться как заслуженное наказание. Может, я и должна быть здесь? Не как невинная жертва, а как настоящая преступница, которая просто не может вспомнить своего преступления?
Кого мне бояться больше: Дёмина, который мог сломать мою жизнь щелчком пальцев, или самой себя, не зная, на что я вообще способна? Ответа на этот вопрос у меня не было.
У меня никого не осталось. Друзья меня использовали, чтобы тупо надо мной поглумиться, мачеха ненавидит, парень оказался пустышкой, а отец на волоске от смерти. Что, если он не очнётся? Что мне тогда делать?
Входная дверь захлопнулась, заставив меня вздрогнуть. Он вернулся. Я наспех умыла лицо ледяной водой и оделась.
Когда я вышла, Дёмин уже был на кухне. В одной руке он держал пластиковый пакет с какими-то продуктами, в другой – бутылка водки. Он бросил всё это на кухонный стол.
– Накрывай, – приказал он, даже не глядя на меня, и направился в ванную.
Слышно было, как щёлкнул замок, а потом – шум воды. Я стояла, как вкопанная, глядя на пакет. Слёзы снова подступили к глазам. От обиды, от унижения, от этой дурацкой роли домработницы и наложницы в одном лице. Но я сжала кулаки и резко провела тыльной стороной ладони по глазам, смахивая предательскую влагу.
Нет. Не сейчас. Не перед ним.
Я принялась за работу. Разложила еду – это оказались готовые салаты из супермаркета, курица гриль и хлеб. Просто, грубо, без изысков. Нашла на полке две относительно чистые тарелки и пару стаканов. Всё делала на автомате, стараясь не думать.
Шум воды в ванной прекратился. Через несколько минут дверь открылась, и оттуда вышел мой хозяин.
Я замерла с тарелкой в руках, с любопытством рассматривая его.
Дёмин снял форму. Простая серая футболка, обтягивающая торс, и спортивные штаны. Мокрые чёрные волосы были небрежно взъерошены и вились на концах.
И в этот момент что-то во мне щёлкнуло. Глеб Михайлович Дёмин, майор полиции, безжалостный следователь, мой тюремщик и мучитель исчез. Передо мной был просто мужчина. Уставший, возможно, недовольный жизнью, но обычный. В его движениях не было той демонстративной власти, что была в его кабинете. Он потянулся к холодильнику, достал банку с солёными огурцами, и это было так по-домашнему.
Он перестал быть монолитом, богом в погонах, порождением системы. Он стал человеком во плоти.
