Читаем Файролл онлайн бесплатно

— Чего это? — Выдав свою улыбку с ямочками на щеках, Юля снова заставила что-то у меня внутри дзынькнуть. Хотя, что я стесняюсь? Нормальная реакция взрослого мужика на красивую молодую девочку. Было бы странно, если бы было по-другому.

— Я был нахален, непочтителен, беспардонен и нищ. Я был бунтарь и пустозвон. — Не стоит лакировать свое прошлое. Что было — то было.

— Поверь, с тех пор мужское народонаселение этой возрастной группы мало изменилось, — заверила меня она. — Они все такие. Ну, кроме тех, кто относится к другой ипостаси, противоположной.

— Душные зануды? — понимающе хмыкнул я, остановившись на повороте у Сандуновского переулка. — Да, эти еще хуже.

— О, вроде Ленкина машина. — Юля, прищурившись, глянула вдаль. — Ну, точно.

Я посмотрел на упомянутое авто, и в голове моей сначала защелкали костяшки фактов, складываясь в общую картину, а после зазвучала музыка из индийских фильмов, раздались тягучие песни, и мелодичный женский голос сообщил бессмертное — "Так ты сестра мне!". В переулке, попыхивая дымком из выхлопной трубы, стоял серебристый "мерседес" с до боли знакомыми номерами.

— Странный выбор для девушки, — отметил я, делая шаг назад, так, чтобы меня скрывал угол дома. — "Мерседес". Мужская машина.

— Странной девушке — странную машину, — серебристо, в тон сумеркам и падающему снежку, засмеялась Юля. — Ленка у нас белая ворона в семье. Благотворительностью не занимается, по клубам не ходит, на показах мод все коллекции не скупает, хотя и могла бы, с ее-то фигурой и вкусом. Больше того — она работает.

— Это в вашем семействе не принято? — без тени фальши спросил я.

— Для женской половины — нет, — не рисуясь, ответила Юля. — Папка говорит, что женщины должны сидеть дома и бить баклуши.

Хороший папка, мне мой такого не говорил. Мне мой обратное все время твердил, что же до женского труда, он был уверен, что женщины, когда у них нет детей или те уже выросли, должны работать много и подолгу, ибо от безделья они дуреют и глупости всякие начинают выдумывать, вроде феминизма и диет. А бить их по пятницам, как наши пращуры испокон века делали, запретил закон. Вот ведь как — сколько отцов — столько и мнений.

— И кем трудится твоя сестра? — я знал ответ, но вдруг?

— Журналистка она, в каком-то журнале трудится, — хихикнула Юля. — Акула пера. Ну, я, правда, иногда думаю, что она не акула, а скорее стерлядь, но ей этого не говорю. У нее фантазия богатая, особенно на пакости.

— Богаче чем у тебя? — немного гиперболизированно усомнился я. — Не верю.

— Она и старше, — самокритично признала Юля. — Точнее — старее.

"Мерседес" бибикнул, Юля махнула рукой.

— Ну все, я побежала, — меня чмокнули в щеку. — И вот что — я постоянно в игре, потому что это то место, где я — это я, такая, какой хочу быть, а не какой меня хотят видеть. Банально, избито — зато правда. Вернешься — позвони.

Белая шубка повернулась ко мне спиной и быстро зашагала к урчащей машине.

Как же тесен мир, — думалось мне, когда я прислонился к стене дома и прикуривал сигарету.

— Все в порядке? — подскочили ко мне ребята из охраны. — Что с вами?

— Нет, все в порядке, — признался я им и глянул в глаза того, что был слева, русоволосого и голубоглазого. — Скажи мне, у тебя нет родинки на шее?

— Нет, — по-моему, парень очень удивился. — А должна быть?

— Если нет — значит, не брат ты мне, — грустно сказал я ему.

— Харитон Юрьевич, а может, домой? — фальшиво-задушевно спросил второй. — А там и в люлю!

— Да не нажрался я. — Понятно, ребята решили, что я перебрал. — Просто от сестер нынче не протолкнуться в моей жизни. Причем одна из них всегда играет, а вторая со мной работает. Блин, это даже не смешно уже!

Ребята придвинулись ко мне поближе и заулыбались, а я задумался вот о чем. Если следовать традициям, то вторая сестра не только со мной работает, но еще со мной и спит. То есть, хоть что-то положительное в этой вывернутой наизнанку ситуации наличествует, теперь осталось только объяснить правила игры Шелестовой. Ну, и выжить после этого.

Нет, ну какие у нее будут глаза, когда она узнает, с кем встречалась ее сестрица! Жаль я это не увижу.

Да, вот еще. Представляю, какие у Вики будут глаза, когда она узнает, как именно я развлекался в этот вечер.

— Ребята, а с кем я время в пивной проводил? — невинно спросил я у охранников.

— С девушкой, — ошарашенно сказал тот, что не стал мне братом, и посмотрел на напарника.

— Не то, — покачал головой я.

— С мужиком каким-то, — тут же ответил второй — Мордатым, в очках и со шрамом на роже. И рожа у него, заметим — наглая.

— Самое то, — кивнул я. — Спасибо за понимание.

Вика уже стояла у машины и топала ножкой в красивом сапожке.

— Где ходите? — недовольно сказал она. — Время уходит.

— Что случилось? — напустил я на себя озабоченность и приобнял ее за плечи. — Что-то не так?