Читаем Файролл онлайн бесплатно
Нет-нет, никаких топаний ногами и указующих на двери перстов — все будет по-другому, тихо, мирно, по-семейному, но от того не менее неприятно для случайного зрителя. И еще неизвестно — не поменяется ли после этого статус "случайный зритель" на категорию "нежелательный свидетель".
Во-вторых, нас, судя по всему, не слишком-то и собирались сюда звать — здесь столы накрыты не по фуршетному, как внизу, тут вон — приборы лежат, тарелки стоят, бокалы всех мастей и кресла, по числу участников застолья. И незаметно, чтобы за столом были пустые места. Не-не, я не в претензии. Я — только за.
В-третьих — мне явно придется в очередной раз выбирать — с кем я. Непременно кто-нибудь проапеллирует ко мне, и всё — я либо с теми, либо с этими. Причем потом они помирятся и все такое, но каждый из них будет помнить, что мне доверия нет, потому как могу предать. Нет, я не спорю — могу, и запросто, собственно, как и вы меня, но конкретно здесь и сейчас — я не при делах. Это не моя война, господа!
Все эти мысли вертелись в моей головушке, пока я завистливо разглядывал народ внизу, который уже бахнул по паре стопок и потихоньку начинал пускаться в пляс под нестареющие танцевальные хиты (трансляцию ТВ отключили, по экранам запустили просто подборку музыкальных роликов, причем время от времени по низу экрана, лихо изгибаясь в ритме танца, проходил козел с гармошкой, неизменно вызывая взрыв хохота), шел перекурить в специальную комнату или просто выбирал себе объект для флирта.
У них — жизнь. А у меня…
— Я смотрю, за вашим столом для нас места нет, — с печалью отметил Старик. — Жаль, жаль, я хотел побыть с вами, с народом, в такие ночи всегда хочется быть в толпе.
— Вам стоит лишь приказать, — подала голос Вежлева. — Буквально минута — и все будет сделано.
Старик обозначил кивок головой, Марина что-то шепнула паре официантов, стоящих у стены, и те шустро сбежали вниз, надо думать, за приборами и креслами.
— Не хотел вам доставлять неудобства. — Старик снова оперся на трость. — Право, я чувствую себя как Одиссей, вернувшийся домой из странствия — вроде все и рады мне, а с другой стороны — очень некстати мое появление.
— Как вы можете только предположить подобное? — немного пьяно сообщила ему Ядвига. — Да без вас здесь ни-че-го не работает. Мне ли не знать?
— Да? — удивился Старик. — А мне вот Илюша совсем другое говорил — что все, наоборот, крутится, вертится, все решения принимаются быстро и в срок. Вот, кстати, Никки, это к нашему с тобой разговору дополнение. И примером тебе может служить Максимилиан. Он уже понял, что надо быть созвучным нынешним скоростям, и не теряет времени даром. Он принимает решения сам, без оглядки на меня, и сам же их реализует. И неважно, какие они и с чем связаны — игра ли это, кадровый вопрос или даже вопрос, связанный с нашими оппонентами. Все сам, все быстро. Молодец!
Лицо Азова было непроницаемо, Зимин был бел как вата и недвижим, окажись тут случайный человек, он вообще мог бы подумать, что это статуя, Валяев явно хотел было еще выпить водки — но не рискнул.
— Вот, например, Илья, — Старик показал на Азова. — Он всего лишь отправился со мной в одну поездку, как это бывало встарь. И что же? Максимилиан решил, что наша семья не может оставаться даже на такой краткий срок без защитника, и вытащил на белый свет своего кузена по отцовской линии, который и занял этот пост. Разве это не похвально? Кто-то скажет — кумовство! А я отвечу этому недалекому человеку — оценка перспективного сотрудника в реальной обстановке. Ведь все именно так, Максимилиан, ты ведь именно такие мотивы вкладывал в свои решения?
— Именно такие, — Зимин улыбнулся кончиками губ. — Илья Павлович отъехал, и я не знал — надолго ли. Между тем активизировались определенные…
— Я знаю, — прервал его Старик. — Или вот — наш юный друг.
Меня выдвинули вперед и на меня указали рукой.
— Да, случилось так, что пару раз ему угрожала небольшая опасность. Да, возможно, мы немного увлеклись, создавая ситуации, в которых он исполнял роль… Скажем так — подсадной утки. Но результат-то есть!
У них есть результат — это прекрасно. А у меня есть первые седые волосы. Хотя — не факт, что все было именно так, и я на самом деле был приманкой для… Для не знаю кого. В речах Старика ирония, угроза, правда и ложь слились в такой монолит, что понять из них, что является чем, не представлялось возможным. Его голос обволакивал и заставлял то чувствовать свою вину, которой не было, то гордиться собой.
— Вот, все готово, — Вежлева показала на торец стола, где шустрые официанты установили массивное кресло и положили поблескивающие серебром приборы и посуду.
— Отлично. — Старик улыбнулся Марине, но тут же помрачнел. — А места для моих юных друзей? Я ведь сюда пришел не один, если вы не заметили.
— А для них сейчас принесут отдельный стол, — Вежлева выдала очаровательнейшую улыбку. — Его приставят к этому краю стола и…
— Я подожду здесь, — перебил ее Старик. — Ничего, я не слишком хочу есть. Но это я.
Он повернулся к Вике и заботливо спросил ее:
— Liebes kind, вы не слишком голодны?
