Читаем Файролл онлайн бесплатно
— Добрая-добрая, — пропел я, опустил голову к мясу и вдохнул его аромат. — Спаси тебя Христос, славная девочка, и пусть он исполнит все твои желания.
— Вот и славно, — согласилась Вика с моими словами. — Поешь и ступай к Зимину, чего откладывать. Или просто ему позвони.
— Ну, вот что за настырность? — я отрезал первый кусочек, насадил его на вилку, подумал и подцепил на нее же кругляш огурца, еще немного подумал и, зацепив ножом майонеза из соусницы, намазал им огурец. — Днем раньше, днем позже.
— Тебя не поторопишь — до последнего ничего знать не будешь, — обличительно сообщила Вика. — Долго телишься. Меня родители вон уже задергали: "Приедешь со своим, приедешь со своим?". И что я им отвечать должна? "Он еще не знает, потому что никак не выяснит — отпустят нас или нет". Согласись — звучит смешно.
— Смешно, — не стал спорить я и закинул харч богов в рот.
— Ладно, пока ты не наешься, все разговоры бессмысленны, — признала Вика и, встав, включила кофеварку.
Ел я не торопясь. Не для того, чтобы выгадать время — это все ерунда, а потому, что мне сейчас было очень хорошо. Тепло, светло, еда — много ли человеку надо для счастья? Ну, может, чтобы его еще не дергали по мелочам.
— Ладно, схожу, — я вытер тарелку корочкой хлеба и отправил ее в рот. — В конце концов, действительно, нужна ясность. Но если он скажет "нет", и это будет настоящее, твердое "нет", так сказать — истинное "нет", — то не обессудь, я настырничать не буду. С ним спорить — себе жизнь сокращать. Я — пас, при всей симпатии к твоим родителям.
— Но ты постарайся быть убедительным, сделай так, чтобы он этого не сказал, — очень проникновенно попросила меня Вика. — Пойми, это ведь нужно не только мне, это в первую очередь нужно нашим родителям. Вспомни, как была счастлива твоя мама — давай порадуем и мою, она этого заслуживает. Не так уж много у них в жизни осталось хорошего, тем более что на Эльку надежды нет, она совсем со своими играми рехнулась. Так что наш визит для моих родителей как свет в окошке. Сам посуди — вот я, их дочь, вот ты — мой муж и отец нашего общего ребенка.
— Кого? — в голове у меня что-то засвистело, а потом защелкало — костяшки фактов вставали на место. Веснушки зимой, затошнило ее тогда, рывки настроения…. Нет, какая-то часть меня еще трусливо канючила: "Да ну, гонит, обычный развод", но Великая Мужская Чуйка, всегда четко отделяющая правду от врак, громогласно рявкнула у меня в голове: "Ну, вот и все. Отбегался, болезный".
— Ну да, — с гордостью сообщила мне Вика, обрубая все мои надежды. — У нас будет маленький, а почему нет? Сначала я об этом и думать не хотела — это ж всем моим карьерным устремлениям кранты, но потом мне это все стало так пофигу. Ну что — карьера? Она не убежит. Зато у нас будет мальчик… Или девочка. Маленькое такое существо, с ручками, с ножками…
Я слушал все эти излияния и понимал, что в чем-то она права, а конкретно в слове "кранты". Да, я думал о том, что она — это наилучшая партия, да, я в принципе был не против детей, но не прямо сейчас. Сейчас это совсем уж не к месту и не ко времени. Хотя, о чем я? Для большинства мужчин это всегда не к месту и не ко времени…
— Когда? — перебил я Вику, с горящими глазами бормочущую что-то вроде "у-тю-тюсеньки".
— Когда — что? — уставилась она на меня.
— Ну… — я замялся. — Мальчик… Или девочка. Хотя лучше все-таки мальчик.
— Как сделаешь, — засмеялась Вика. — Пока ты особого рвения в их изготовлении не проявляешь, все осторожничаешь. Хочешь — перейдем к этому вопросу сразу после того, как ты от Зимина вернешься.
Великая Мужская Чуйка ошиблась? Да ладно?
— Так ты что, пока еще… — ненавижу банальности, но все эти фразы уже отточены мужчинами от начала времен, и других нам в генетическом наборе при рождении не выдают.
— Нет, — Вика даже как-то возмутилась. — Нет, ты что! Я в перспективе. Но сразу тебе заявляю со всей ответственностью — хорошо бы эту перспективу сделать реальностью. Я хочу быть молодой мамой, не тянуть до сорока лет. Не желаю, чтобы меня называли "старородящей", слово больно обидное.
Я не испытывал такого облегчения, такого катарсиса никогда. Это было несравнимо даже со случаем, когда летел из Москвы в Ямал и сорок минут ждал у туалета того момента, когда проснется задремавший внутри бородатый геолог. Причем нужда меня к туалету привела далеко не малая, а это — аргумент.
— Мне кажется, или ты расстроился, что маленького не будет? — Вика обняла меня за талию и прижалась лицом к моей груди. — И я даже так думаю — ну его, Зимина, завтра к нему сходишь.
Вот змея. Это все план, тонкий, хитрый, расчетливый. Вон и рука у нее пошла вниз, и пахнет от нее так, возбуждающе. Никак афродизиаки? Ай-яй, тонко.
— Завтра? — я улыбнулся (как мне думается — обаятельно) и немного отстранился от девушки. — Завтра предпраздничный день, кто знает, какие у него планы. Нет, милая, ради нашего совместного счастья, не буду я откладывать такое дело в дальний ящик. Пойду и выясню все прямо сейчас.
