Читаем Файролл онлайн бесплатно

Только вот вряд ли ей могло прийти в голову, что все это очень ненадолго, я же в этом ни на секунду не сомневался, такие вещи навсегда не бывают. Коли и поднимет тебя волна на кручу, то лишь на час, как того халифа, чтобы потом и утопить. Чтобы жить над всеми постоянно, надо родиться уже там, наверху, придерживая губами золотую ложечку. Ну или быть героем дамского сериала. Я бы ей мог сказать, что мне потихоньку страшновато становится думать о том, как оно будет, когда меня столкнут с горы вниз, и что, наверное, очень больно я о землю ударюсь, когда кубарем к подножью полечу. И о том, что я могу в этом полете захватить и людей из своего окружения, просто по инерции, и это совсем уж неприятно. Про то, что будет после этого с Викой, я вообще думать не хочу… Впрочем, не факт, что после моего падения у меня будет Вика.

Мамонт нас не ожидал, это было видно по его крайне изумленному лицу. Нет, определенно сюда стоило приехать только для того, чтобы увидеть опешившую Калерию и удивленного Мамонта. Оно того точно стоило.

— Ы? — спросил он у меня, стоящего в дверях.

— С наступающим, Семен Ильич, — вытянул я руку с пакетом и двинулся к его столу. — Счастья вам в следующем году, удачи и, главное, здоровья. Если оно будет, то и все остальное приложится.

— Здоровье здесь надо железное, — согласился со мной Мамонт. — А ты чего это мне подарок припер? Врать не стану — наводит на нехорошие мысли.

Бедный, бедный Мамонт. Он во всем стал видеть подвохи и скверные знамения. Даже в таких незамысловатых вещах, как подарок на Новый год.

— Да не волнуйтесь вы, — мягко сказал я главному редактору. Да, сдал он за эти месяцы, сдал. Грива волос висит лохмами, щеки перестали быть упругими и одрябли, в глазах поселилось что-то вроде безнадежного ожидания скверных вестей. Был Мамонт и весь вышел. Видно, он с того дня, когда мне выдали билет в будущее, так и сидит, ждет отставки. А такое ожидание кого хочешь под стол загонит. — Пришел просто поздравить. И все, клянусь.

Мамонт поймал мой взгляд и усмехнулся.

— Да верю я тебе, верю, — он вздохнул. — А ты заматерел, какой-то лощеный стал, вальяжный. Не тот, что раньше.

— Это хорошо или плохо? — уточнил я у него.

— Я не знаю, — развел руками Мамонт. — Просто тот был хороший парень, хоть и раздолбай, и телепень. А этот… Холодный ты теперь, ненастоящий, вот что я тебе скажу. И не проси меня объяснить тебе эти слова, я этого и сам не смогу сделать. Просто ты спросил, а я ответил.

— Устали вы, — сказала вдруг Вика. — Отдохнуть бы вам.

— Да отдохну скоро, — невесело засмеялся Мамонт. — Поверь мне, девочка. Я и сам это знаю.

— Да я ничего такого, — Вика поняла, о чем говорит редактор и смутилась. — Я в том смысле, что отоспаться, может, на лыжах походить, воздухом подышать…

Мамонт махнул рукой, явно давая девушке понять, что он только и мечтает о том моменте, когда встанет на лыжи.

— Ладно, идите уж, — сообщил он нам. — Спасибо, что не забыли обо мне. Правда тронут.

И я Мамонту поверил, хотя бы потому, что он никогда таким тоном со мной не говорил.

— Нормально все будет, — приободрил я его.

— Забыл добавить свое вечное "наверное", — в тон мне ответил Мамонт. — А здесь оно было бы к месту.

— Ну, не знаю, — почесал я затылок. — Таких, как вы, профи поискать и не найти, не только я это понимаю.

— Все, вали отсюда, — нахмурил седые брови Мамонт. — И чтобы тихо было в помещениях во время пьянки. Никаких песен, воплей, и голыми по коридорам не бегать!

— А что, раньше бегали? — удивился Жилин.

— А вон у своего начальника спроси! — ткнул в меня пальцем Мамонт. — Он тебе расскажет!

— Харитон? — вытаращила глаза Вика, Жилин же расплылся в улыбке.

— Чего? — встрепенулся я. — Вы опухли оба? Это не я бегал тогда, это Эдик Рамазанов из креативной группы. К тому же он перед этим недели две квасил без продыха. И, между прочим, его потом на принудительное лечение отправили, правда, перед этим санитары полчаса по всем этажам ловили, пока у закрытого входа на чердак не зажали.

— Все вы хороши, — справедливо заметил Мамонт. — И ты один из первых. Кто два года назад перед восьмым марта рекламщицам конского возбудителя в коньяк подмешал?

— И что, были недовольные? — осклабился я. — Да и разницы в их поведении особой не было. Что с ним, что без него…

— Оч-чень интересно, — Вика сузила глаза. — А что еще было?

— А еще… — Мамонт перехватил мой взгляд и замолчал. — Все, валите отсюда, я сказал. У вас Новый год, у меня отчеты. Брысь!

— Сдает старик, — негромко подтвердила мои мысли Вика на обратной дороге.

— Есть такое, — согласился с ней я. — Жалко.

— Жалко. Вот интересно — кто займет его место, после того как он уйдет?