Читаем Файролл онлайн бесплатно
Николашин отключил телефон и положил его на стол.
— А я тебе верю — сказал он внезапно — Не похож ты на бомжа. И на ворюгу тоже, я их много повидал.
— Ну, мне опять в обезьянник? — вздохнул я — Холодно там.
— А что поделаешь? — Николашин шмыгнул носом — Он у входа расположен, а на улице не лето. Курить хочешь?
— Очень — оживился я — Только ведь запрещено в помещениях-то?
Николашин махнул рукой, показывая мне, что все это труха. Закон законом, а жизнь жизнью.
В обезьяннике, куда меня снова отвели, ничего не изменилось, только негр завел какую-то тягучую песню, шевеля толстыми губищами.
— Творчество народов мира — одобрительно заметил я, садясь на лавку, отполированную тысячами задниц безвинных сидельцев — Исполняется для дорогих русских друзей. Это хорошо.
Я закрыл глаза и стал ждать.
Минут через сорок скрежетнул ключ в замке.
— Скабичевский — послышался голос Николашина — Или как там тебя, на выход. Пришли по твоему вопросу люди, пошли в мой кабинет.
— С вещами? — пошутил я, немного удивленный тем, что Вика сначала не побилась грудью о решетки темницы. Она такое любит.
— Как вы мне с этой фразой надоели — сморщился Николашин — Какие вещи, на себя посмотри?
Войдя в его кабинет, я остановился в дверях. В нем сидели два совершенно незнакомых мне человека в широкополых шляпах и одинаковых серых пальто, ладно сидящих на их спортивных фигурах.
— Это кто? — удивленно спросил у Николашина я.
— Не понял? — удивился Николашин — Они сказали, что твои друзья, и паспорт твой притащили.
— Да я их в первый раз вижу — мне стало очень неуютно.
— Ну, как мы вам и сказали — печально отметил незнакомый мне человек — Вот так, милейший Денис Витальевич, и бывает. Светило журналистики, человек огромного таланта, но не знает меры в спиртном. Друзей не узнает, коллег не узнает, жену чуть не убил… Лечение нужно, лечение. Так мы его забираем обратно, в профилакторий?
— Алкоголизм страшная вещь — подтвердил Николашин — Забирайте. Документы в порядке, что уж теперь.
Парочка встала с стульев, и один из них, с улыбкой посмотрел на меня –
— Ну-с, Харитон Юрьевич, вот вы и добегались. Пора, пора, там вас уже заждались.
— Не пойду я никуда — вот сейчас меня проняло не по-детски. Мне стало очень страшно — Следователь, не отдавай меня им, очень тебя прошу!
— Беспочвенные страхи, потливость — покачал головой, все так же улыбаясь, человек в пальто — Сейчас еще начнет говорить о том, что мы его убивать будем или на органы пустим.
— Бросаю пить и курить к чертовой матери — сказал у меня за спиной Николашин — Не приведи господь — вот так же.
Как и когда второй из визитеров успел меня перехватить — я так и не понял. Но сразу понял, что я уже не вырвусь. Руки у него были как поручни в троллейбусе — холодные и твердые.
— Вы уж помягче с ним — попросил Николашин — Больной же человек, несчастный.
— "Чтоб добрым быть, я должен быть жесток" — назидательно сказал улыбчивый, подошел ко мне и резко, до боли, сжал мою верхнюю губу. Рот непроизвольно ракрылся, и он ловко засунул в него что-то вроде резиновой груши — Шекспир, классик. Ладно, мы пошли. Честь имею.
Он приподнял шляпу и, проходя мимо Николашина, ловко сунул ему в карман, стянутый резинкой кругляш купюр.
— Да ладно вам — довольно забормотал Николашин — Я ж все понимаю, не за это же…
— За труды — ответил ему похититель и меня поволокли в выходу.
Меня вывели на улицу, где было холодно и солнечно, но я этого холода почти не ощущал — от страха, которого добавлял мне эрудированный человек в пальто.
— Вот и стоило бегать, а, Харитон Юрьевич? — тихонько говорил он мне, пока мы шли по дорожке, ведущей от здания УВД к воротам — Себе лишние проблемы создали, нам тоже. А так — поехали бы с нами еще тогда, ночью, и время бы сберегли, и жизнь того парня, что мы у машины пристрелили. Финал был бы тот же — но куда быстрее. И для вас куда более оптимистичный.
Нет, это не "Консорциум" — понял я. Им финал мой не нужен, им мое согласие необходимо. А это… Это смертушка моя, без возрождения у надгробия.
— Киф? — выходя из ворот я нос к носу столкнулся с Викой — Господи!
— Ммммммм! — отчаянно замычал я, понимая, что сейчас на моей совести появится еще и смерть Вики, которую прикончат только для того, чтобы она крик не подняла.
Короткий удар — и Вика оседает на снег у ворот, ее глаза закатываются, и она напоминает бумажную куклу, которую скомкали и бросили.
В следующее мгновение, я обнаруживаю, что могу двигаться, мой конвоир тоже летит на снег.
Серега Жилин наносит ему ногой еще один удар, просто-таки вышибающий из негодяя дух, и в этот момент рукав его светло-желтого пуховика набухает красным.
Эрудированный похититель держит в руках короткий нож с матовым лезвием, но у Жилина в руках появляется приблизительно такой же, они стоят друг напротив друга, ловя малейшие движения противника.
— Эй, ребята, вы чего? — к воротам подъехала полицейская машина и усатый сержант удивленно уставился на происходящее у самого УВД — Мишаня, народ совсем уже офигел, ты глянь, поножовщину прямо у отдела устраивают.
