Читаем MCM онлайн бесплатно
— Адское! Под стать Луне.
— Стоит ли нам телеграфировать об этом?
— Да, сообщите на землю, а те пусть свяжутся с пожарной частью. Как бы на другие дома не перекинулось, — и телеграфист «офанима» принялся отбивать сообщение.
— Доигрались, — выдохнул и сплюнул один из старших унтер-офицеров, которых нанимали в экипаж за умения и верность, а не за манеры.
— В смысле?
— Да, поди, те малолетние уголовники! Сначала толстосумы подкармливают их да пускают поближе, а потом те жгут их поместья, а то и хуже — неповинные души. Они ж вон, на том острове развратничают!
— А не том, что севернее?
— А мобыть и так, всё едино рядом. Дикари осатаневшие. Что те, что эти.
Михаил поднял подбородок с кисти руки и выпрямился — ему в голову пришла одна мысль. А точнее даже не какая-то одна: он понял, как выманить незнакомку. К сожалению, он не смог осуществить задуманное прямо сегодня — всё-таки требовались некоторые приготовления, да и злоупотреблять доверием Сергея Аполлоновича не считал позволительным. Нет, придётся побыть сухопутными крысами. Но ого-го какими крысами! Михаил вновь мысленно поблагодарил Анри из «République ІІІ» за блестящие биографические репортажи. Он знал, что нужно было делать.
Селестина собралась с силами и мыслями. Она была решительна, но не стремительна. Она всё взвесила и отмерила. Ну, насколько вообще понимала в весах и мерах… Как бы то ни было, она была уверена в том, что собиралась сделать.
Сёриз говорила, что не стоит приводить себя в соответствие с координатной сеткой Совета, а Саржа — что Директорату нельзя идти на поводу у выставляемых ему условий. Ведь всё это — лишь авторские ремарки к актам пьесы. Но в том и слабость сценария: каждый акт — законченная мысль, каждому участнику полагается совершить некое действие в строго отведённый промежуток времени, причём отсутствие действия также может считаться действием. Но Селестина выждала. Мо-ожет быть, не благодаря силе воли и мощи интеллекта, но из-за форс-мажора с минорами… Ладно, это было уже непристойно. Однако факт остаётся: даже если сценарист не переписывает сценарий и также выжидает, к чему это всё приведёт, то суфлёру предстояло попотеть, ведь за него перелистнули добрую часть страниц. Что же это означало? Если сценарист не просчитал подобного резкого перехода, то в ближайшее время Совет либо выпадал из игры с объявлением антракта по техническим причинам на одной из важнейших сцен, — а до последнего момента и единственной известной, — либо продолжал пытаться доиграть акт с сюжетными дырами. Вот только одно важное «но»: если до этого сценарием предусматривалось постепенное, но неотступное пробивание четвёртой стены со смешением актёров и зрителей, то для кого-то постороннего, уже как-то введённого в зрительские ряды, через те трещины, через те разломы появлялась возможность влезть на сцену и сыграть свою опережающую, неуместную, диссонансную партию, внося смуту во всю постановку. Да, это работает в обе стороны. Этого-то Селестина и Сёриз помимо прочего и пытались добиться. Плохо, что всё сделали за них — и весьма неопрятным образом, — но зато появилось временное окно, когда всеохватные правила сценария переставали работать. Противнику нужно было вновь засинхронизировать все части, механизм вряд ли остановили и, соответственно, отступили. Осталось только в более приземлённой форме донести свои идеи до папá.
Впрочем, сначала нужно было собрать команду. Коллективное посещение комнаты с медными дверями будет нарушением традиций, но если это знает суфлёр, то, что ж, пусть ему добавится ещё заботка. Селестина провела предварительную работу: она уже рассказала Сёриз и Сарже то, что они не знали, но должны были знать, и просила променять частные визиты на один, общий для всех, которому суждено случиться сегодня. Саржа был на месте, а вот Сёриз пропадала в западном крыле штаба Директората — единственного доступного людям не из цеха.
Там и сейчас кипела работа. Телефонные коммутаторы только и успевали переключать, встречи тет-а-тет проходили вереницей, а где-то, похоже, устраивали и встречи комитетов. Директорат всячески уверял посетителей, что у него всё под контролем, как и прежде. Конечно, Директорат не совсем лишился, что называется, флю-вю, иначе бы это сразу поняли, но снижение активности по исполнению обязательств было заметным. Поэтому сейчас, чтобы заполнить лакуны, похоже, что-то доставали из запасников, что-то — из долгого ящика, а что-то просто продавали по второму кругу.
