Читаем MCM онлайн бесплатно
— Интересно. Так и быть. Знайте же следующее. У Бэзи не далее как в прошлом году было имя. Я имею в виду, что известное имя. Однако оно вам вряд ли что-то скажет, да и нынешний он на себя прежнего мало похож, посему да будет известен под новым самоназванием. Так вот он прошедшие годы был одним из лидеров социалистического рабочего движения на германских землях. Не сказать, чтобы дело его было мирным, но и никак не радикальным, полуподпольная деятельность была практически нормой. Ничто не выдавало в нём перехода в стан анархистов, пока он не начал вести двойную игру, за началом и развитием которой, как выяснилось, уследить не удалось. До сих пор не вполне понятно, кто и зачем его подговорил, и как убедил, — для суждения доступны лишь последствия. Я, конечно, называю это анархизмом ради условности и не исключаю, что это могло быть только прикрытием и способом действия, но не отражать суть, которая выражает воззрения и совершенно противоположного лагеря. Тем не менее, в Карлсруэ под его началом развернуло деятельность предприятие по производству и хранению запасов белого фосфора и некоторых других взрывчатых и отравляющих веществ. Кстати, найденные и исследованные вами колбы в саквояже — оригинальные. И, вероятно, являются единственной уцелевшей партией. Как вы догадываетесь, тогда тоже произошёл пожар. Точнее, взрыв. В нём я не повинен, это плачевный результат неизбежно накапливавшихся технико-технологических ошибок. Во многом именно негативная оценка той мастерской и подтолкнула меня выкрасть набор. Вот только обвинять, предоставив его в качестве доказательства, было некого уже через сутки. Трупов насчитали достаточно, чтобы считать, что заговор, простите за каламбур, погорел. Но и его зачинателей стало невозможно установить, как и выяснить судьбу Бэзи. Теперь-то понятно, что фиаско он пережил, но мне всё ещё непонятно, как его доставили сюда и поставили на ноги не больше, чем за пару-тройку месяцев. Плотная слежка за ним была установлена в декабре, в январе всё случилось, а уже весной, как я понял, стало что-то происходить у вас под носом, однако вскрылось лишь во второй половине мая — и довольно причудливо. Но резюмирую: мне его нужно устранить не только потому, что он вновь представляет общественно опасное начинание, но и чтобы никто в нынешнем Бэзи не опознал прежнего и не успел связать приготовляемую с его помощью вредоносную акцию с легализующимся движением, а этой связи, уверяю вас, нет и быть не может. Также приходится учитывать вероятность, что выбран он в своё время был неспроста: немецкий агент на французской земле — сами понимаете. И упрежу ваш следующий вопрос: нет, о своём способе заработка я вам не врал, просто учтите, что он также служит возможности наблюдения за политическими группами, разнесёнными географически. И не только наблюдения, но то — в редких оздоровительно-культивационных целях. Несколько сокращая изречение лорда Палмерстона, сформулирую modus operandi так: у Британии нет ни неизменных союзников, ни извечных врагов; неизменны и извечны только наши интересы, только им мы и должны следовать. Признаю, выражение содержит толику абсурда и перенос, но тут веру я спасаю старым хрычом Тертуллианом: certum est, quia impossibile[46]. Эта же установка позволяет принять на веру и ваши утверждения. Я исчерпал доступные мне возможности объяснения целей и выгоды от действий «Сочувствующих», потому допускаю, что они лежат в вашей области ведения. Скорее всего, это пласт знания, неведомый мне, потому прошу отталкиваться во введении меня в курс дела с ответа на вопрос, касающийся и моей шкуры: как я сюда попал?
