Читаем Коварь онлайн бесплатно

Пока братья не притомились дубасить друг друга, я успел собрать все необходимое. За то время пока прибываю здесь успел многое узнать о местных нравах. Где от Петра покойного, где от деда Еремея, а где и просто из разговоров на базаре, да средь деревенских. Одним словом, до сексуальной революции в этом веке еще далеко, и за девкой, пока она под родительским присмотром, бдят во все глаза, но как только стала мужней, то с родни и взятки гладки. Как уж она потом себя вести будет, это только ее собственное дело. Если умная, а в мужья дурак да лентяй достался, так она на стороне себе достойного сыщет да в тихую от него понесет. А если сама дура, то так всю жизнь от своего и будет терпеть побои да домострой. Это конечно дело личное, но мне такое отношение к женщинам претит. Не уж-то я современный человек, начну уподобляться деревенским и строить жену как прапор первогодок на плацу! Нет, я прекрасно понимаю, как нужно все обставить чтобы заполучить красавицу. Здесь в ходу договорные браки. Средневековье — одним словом. Случается, так что жена до самой свадьбы мужа в глаза не видит, а даже если и видит, то выбора ей все равно не оставляют. Женщина — товар. Она должна рожать детей, содержать дом, а посмеет ослушаться, так ее в родительский двор опять вернут с позором. Нет, в этом смысле мне двадцатый, да и двадцать первый век нравится куда больше. У меня тоже, губа не дура, раскатилась аж до боярской дочери. Ну а с другой стороны, почему бы и нет. Чем я не гож для отпрыска благородного семейства? Тем что чужак? Так, через некоторое время, все об этом забудут. Практически здоров, вредных привычек не имею, характер нордический — стойкий, делу партии предан. Правда, не знаю какой, но в данное время, это не принципиально. По местным меркам неграмотный, нет, скорее косноязычный. Диковатый, обычаев не блюдущий, ну так что с того? Я и не стремлюсь в общество, это общество, как что, так сразу ко мне, а уж коль призвать изволили, будьте любезны не полоскать мне мозг и не учите жить, сами с усами!

На пристани пришлось ночевать еще два дня, прежде чем удалось напроситься в попутную лодку. За крепостную стену не шел принципиально, на глаза горожанам тоже старался не попадать. Языки у них длинные, мелят без устали, а заявлять свое присутствие в городе мне совсем не хотелось.

Была примерно полночь, небо ясное, но не очень звездное. За рекой над лесом поднималась полная луна, освещая все вокруг глянцевым, серебряным светом. В какой-то момент мне показалось, что на причале стоят двое, мужчина и женщина. Я лишь попытался напряженно вслушаться в их разговор, но ни в коем случае не вмешиваться. Могло случиться так, что мое присутствие для этих людей может оказаться полной неожиданностью. В какой-то момент на воде послышались всплески весел, и я увидел парусное судно, не очень большое, но достаточно вместительное хоть для десятка человек. Меня окончательно заели комары, лежать на деревянной лавке без подстилки, как и ожидалось, неудобно и жестко, я решил раскрыть свое присутствие, коль уж все равно стал свидетелем встречи то, вмешавшись, немногое изменю. Вытянув подстеленный под ухо башлык, нахлобучил его на голову и потащил свое одеревеневшее тело по скрипучей лестнице на тесанные бревна пристани. Все разговоры сразу же прекратились, и я услышал характерный шелест оружия, покидающего мягкие кожаные ножны.

— Только без резких движений уважаемые, я просто хотел спросить не найдется ли в вашей лодке местечко для трех попутчиков.

— Аред! — тихо вымолвил один из стоящих передо мной. — Неужто не узнаешь, великан, это ж я — Ефрем.

— Приказчик коломенского купца⁉ — уточнил я.

— Он самый!

— Давненько не виделись. Извини, сразу не признал.

— А я уж перепугался, — затараторил Ефрем — думал сейчас придется отбиваться от душегубов подосланных.

Бормоча что-то невнятное себе под нос Наум, а может и Мартын, (никак не научусь уверенно различать близнецов) запалил факел от тлеющих углей и поднялся к нам. Ефрем прищурился от яркого огня, а его попутчик закрыл лицо широким рукавом черного одеяния.

— Это мои подмастерья. Наум и Мартын, братья-близнецы. Кто из них кто, сам путаюсь. Одного окликаю, оба оборачиваются. А кто твой друг?

— Позволь представить Рашид, это тот самый варяг, что зимой шесть мордвин в снег затоптал, тем меня, грешного, от верной гибели спас.

— Премного наслышан, — ответил Рашид с еле заметным восточным акцентом. — Мое имя Халяль Абдра ибн Хусаин, ибн Рашид. — Но всем в этих землях трудно называть мое полное имя, поэтому для друзей и клиентов я называюсь Рашид, по имени моего деда.

— Рашид знатный купец, — пояснил Ефрем, — иметь с ним дела не просто, но всегда очень выгодно.

— Что ж, рад знакомству уважаемый Рашид, если позволите и мне вас так называть. Я вот тут жду попутного судна вниз по течению. Имею намеренье посетить город Муром, по важному делу.

— В таком случае буду рад предложить место для вас всех в моей скромной ладье. Я иду дальше, но нам будет по пути какое-то время.