Читаем Коварь онлайн бесплатно
Разглядывая одежду Петра, я подумал об универсальности. Даже на первый взгляд все было необычным. Костюм словно бы специально созданный для долгой жизни в лесу. Штаны войлочные, потертые, засаленные, но еще прочные. Онучей, обмоток он не носил, вместо лаптей на ногах легкие кожаные туфли на тонкой подошве. Не знал, как они называются, но уж не лапти, это точно. Поверх грубой полотняной рубашки, совершенно потерявшей цвет, была надета меховая жилетка и кожаная куртка, причем, если не ошибаюсь, то кожа была рыбья. Городские красотки удавились бы от зависти, к такому прикиду. Голову покрывала плетенная из обычной коровьей кожи шапка, как нелепая нашлепка, так же, как и штаны давно потерявшая форму и цвет. Петр выглядел сутулым, крепкий, небольшого роста, примерно метр шестьдесят, если бы выпрямился. Руки грубые, бугристые, пальцы сбиты, ногти содраны, обломаны. Жиденькая борода сплетена в тоненькую косичку где-то на уровне кадыка, волосы посеченные, кое-как подрезанные, словно с подпалиной. На вид ему лет сорок, может чуть больше. Глаза большие, карие, очень подвижные. Огромные уши, мясистый нос, широкая переносица. На правой стороне лица, возле рта, заметный старый шрам, кривой, грубый. Если судить по повадкам и внешним данным, мужик не робкого десятка, но и такой, что без надобности в драку не полезет. С оружием, коротким дротиком, управлялся умело, привычно. Нож на поясе был тоже странный. Про такой, так и хотелось сказать — якутский. Короткий, широкий и в потертых меховых ножнах. Рукоятка ножа была костяной, покрытая каким-то резным орнаментом.
Мы вышли к болоту. Самому натуральному болоту, с трясиной и гнилыми остовами давно поваленных деревьев. Комары, мошка, лягушки, запах тины. Петр остановился на опушке, вытаскивая из кустов длинный шест. По всему видно не раз и не два, а чуть ли не каждый день, он ходил этой дорогой.
Тропинка через топь была легкой, вопреки ожиданиям, даже не пришлось лезть в воду. Перебрались на другую сторону по довольно устойчивым и твердым кочкам, словно бы островкам или камням, торчащим из воды. Был бы я без проводника, то разумеется не нашел бы этой тропинки, но с таким уверенным и ловким провожатым путь показался не трудным. Дальше тянулся очень густой ельник, небольшой подъем по заметной тропинке и опять поляна со всех сторон как частоколом окруженная елками. На окраине поляны стояла хижина. Не полноценный дом, но и не землянка. Срубленная из толстых бревен, довольно капитальная избушка с покатой крышей выложенной землей и травой. Впечатление складывалось такое, что из поляны вырезали часть почвы вместе с луговыми травами и как платок постелили на крышу этой хибары. В домике имелась одна единственная дверь, и ни одного окна. В тесной комнате я мог стоять в полный рост, но только потому, что там не было потолка, а последний венец сруба приходился мне как раз на уровне плеча.
Увидев в углу комнаты лавку, я сел на нее не спрашивая разрешения. Петр стал греметь какой-то посудой, плошками, деревянными мисками, снял с полки кузовок, в котором хранилась какая-то крупа. Мысль о еде выветрила из головы все вопросы и темы для разговоров, но я все же отвлекся и спросил.
— Какой сейчас год?
Охотник смотрел на меня с удивлением и недоумением. Возможно, что он не понял самого вопроса, или слов, но я попытался повторить:
— Год? Век? Столетие? От рождества?
В голове мелькнула странная мысль. Если, после некоторых объяснений и попыток, Петр так и не сможет ответить на это вопрос, то вся моя теория о том, что я попал в прошлое, а не в параллельный мир, просто отваливается за ненадобностью.
Но к счастью, Петр понял и стал методично загибать пальцы, сам для себя, видимо, ведя подсчет. Но я даже, не напрягался, его понять. Сам же, буквально на днях, если можно так выразиться в моем положении, читал блог в интернете, где несколько, судя по всему знакомых с темой специалистов, обсуждали этот вопрос. Как раз, в подтверждение моих мыслей, Петр макнул в керамическую лампу пальцем и написал на посеревшем от копоти бревне невнятные каракули, лишь отдаленно напоминающие буквы. Хорошо хоть, грамотный попался. Судя по всему, охотник не прост. Как он сам сказал — пришел из Киева, крещенный. Бубнил какие-то псалмы или молитвы, следовательно, читал. Но вот я на его фоне совершенно безграмотный человек. Я не умею читать даты, записанные буквами.
Вот ведь нелепость! Благо хоть буквы на русские похожи, но что с них проку. Придется выяснять дату каким-то другим способом.
Ну что ж, дату я пока узнать не могу. Определю хотя бы местоположение. С новым знакомым общаться показалось гораздо проще, чем даже с кузнецами или людом на пристани.
— Далеко ли до Рязани? Знаешь, где она находится?
В ответ на это Петр только утвердительно кивнул, сдерживая кривую ухмылку. Наверняка, моя обычная речь казалась ему чуждой, непривычной, смешной.
