Читаем Гудибрас онлайн бесплатно

Прощать страдальцев, а не яда

Им подсыпать. Мы разве крыс

Подобье, впав в любовный криз?

Нас презирать нельзя, мы жертвы.

Я знаю, пишете ответ вы

В уме, читая, но я наг

Пред вами, новобрачный как.

Я был солдатом, но лишь порох

Любви меня сломил и в порах

Остался, въевшись в плоть мою.

За это вы меня битью

Чуть не подвергли, как жестоко!

Потом, не дав мне даже срока,

Чтоб оправдаться, машкарат

Устроили из адских врат

И всё ж меня поколотили.

Кусок вы мыла подложили

Взамен седла мне, чтобы я

Расшибся, соскользнув с коня.

Моею бородой игреней

В тюрьме вы восхитились, пеней

Не услыхав, но тут же с грив

Её аналогом сравнив.

Меня побили ваши слуги —

Меня! Кого во всей округе

Чтут, – чтобы что? Унизить за

Любовь мою, хоть заглаза?

Вы ж умная с зубов молочных,

Скорей всего, но действий очных

Не признаёте. За спиной

Вершите замысел вы свой.

Коль это всё от неприязни,

Сказать должны вы вместо казни.

Я ж с вами к трюкам никаким

Не прибегаю, весь я зрим

Насквозь, а вы свои плетёте

Интриги – в день, но по щепоти

Мне перцу сыпете, куда б

Ни шёл я, ваш покорный раб.

Вы мне давали клятву замуж

Пойти, я хор – эпиталаму[567] ж

Кому-то надо петь – набрал

Уже из местных запевал.

Меня вы обвинили – клятвы,

Де, не сдержал я. На кой ляд вы

Тогда давали мне свою?

Всё баш на баш у вас. В бою

Вы как парфяне: удирая,

Те ранят больно. Видно, зря я

Вам верил. Женщины всегда

Обманывают, но нужда

Мужчинам в них, и терпим всё мы,

Хотя все трюки нам знакомы.

Румянец в палец толщиной

Они кладут, а пудры слой

Как знамя белое: сдаёмся,

Мол, вам. Раскраске мы клянёмся

В любви – не лицам. Сей реликт

От предков: был раскрашен пикт[568].

Косметикой покрывши лики,

Больше они, чем Карл Великий,

Мужей завоевали. Плюс,

На платье вырез наш конфуз

Усилил только. Покоряя,

Они ведут не к двери рая,

А прямо в ад: там мук таких

Нет, ка́к неразделённый вспых.

Им главное расширить список

Поклонников. От одалисок

До леди все они хотят

Брать, ничего притом назад

Не отдавая в смысле чувства.

Мужчины от сего искусства,

Будь даже бравый то солдат,

Сжимают зубы и молчат.

Любая из их уст команда

Закон и, как скоту дуранда[569],

Нам лакома, неважно что

Они потребуют: манто

Иль жизнь. Так я, мадам, был вами

Сражён, затоплен, как цунами,

Я стал рабом, но никогда

Не жаловался. Борода

Моя зарок, что вам не лгу я.

А то, что сделали вы, чуя

Мою к вам слабость, дурно, ведь

Вы свергли в ад меня – гореть.

Я с поркой не горжусь поступком,

Я мог пойти. Но коль уж ступкам

Дано над замком ведьмовским

Торжествовать, то, видно, им

Секуция моя от сброда

Была противна. Так я сходу

Могу отказ свой объяснить.

Коль нас не связывает нить,

Оправдываться мне нет смысла.

Тьма надо мной и так нависла,

Когда чёрт в вашем доме роль

Играл духовника. Позволь

Тогда ему я все секреты

Души узнать, то, разодеты

Чертями, ваши слуги вновь

Мне б дали палок. Я любовь

Свою храню от прикасанья

К ней пальцев всякой адской рвани,

Сказать я правду ей не мог,

Чтоб не попасться на крючок,

Ведь я считал их всех чертями.

Непонятым я буду вами,

Конечно. Коль вы не грешны,

Бросайте камень[570]. Сатаны

Я не боюсь, однако сила

Нечистая меня сломила:

Я в обморок упал. Какой,

Скажите, рыцарь, чтоб рукой

Своей разбить оковы дамы,

Шёл в квесте этом только прямо,

Не попадая то в капкан,

То становясь в тупик от ран?

Казалось что́ потерей чести

Его, вдруг устранялось вместе

С победою в конце пути,

Ведь так? Важней всего дойти.

Без женщин Рим был пуст – подранок

И только. Выкрасть сабинянок

Пришлось ему, насильем взять

Их всех, чтоб смог он процветать.

Никто не говорил, что надо

Галантным быть, что лишь досада

Знай в женщинах растёт, когда

Берут их силой без стыда.

Как скот, себя вели мужчины,

Кололись наждаком щетины,

Целуя в губы; меж колен

Им лезли, забирая в плен;

Похлопывали их по ляжкам

И заду в преступленье тяжком

И спаривались, не блюдя

Приличий. Ромул за вождя

Им был в тот день и даже знаков

Не подавал законных браков.

Юристов не было тогда,

Чтоб жалобу подать. Тверда

Была их воля женским чарам

Сопротивляться. Так угаром

Мужским из грязи Рим возник.

Ни танцев томных, ни язык

Глотающих свой ухажёров, —

Лишь мрачный и ядрёный норов.

Но допускаю я, что страсть

Всё ж обсуждалась ими. Всласть

Насытившись, они приватно

О ней шептались с жертвой статной.

Но в браке страсть всё ж меньше той

Животной, бешеной, крутой;

Любовникам до брака надо

Хотя б полгода, чтоб от глада

Избавиться, и чтобы стать

Вполне цивильными опять.

Поэтому и сабинянки,

Еленя страсть познав и ланки,

Собой явили лучший тип

Супружниц после. Кур в ощип

Попавший – это про измены

Теперь, в эпохе современной.

Все Евы созданы для нужд

Адамов. Взгляд хоть этот чужд

Вам персонально, но в Писанье

Другого нету толкованья.

А, стало быть, лишь у мужчин

Своих есть выбор половин,

А женщины, хоть дан им разум,

Не могут отвечать отказом.

Коль так, амурные дела

Не для того, чтоб спрохвала[571]

К ним относиться, а чтоб мчаться

В объятья, подавив прохладцу.

А дальше уж решает Бог,

Хорош ли сей союз иль плох.

Вас выбирают. Если много

Таких желающих, то Богу

Предоставляется решать,

С кем вам из них идти в кровать.

Мужчины лорды, а иначе

Мир вымер бы без жён раздачи,

Поскольку вы кривите нос,

Когда на вас завышен спрос.