Читаем Гудибрас онлайн бесплатно
Конфликт, на сей раз
Не лезь вы даже вверх, тогда бы
Возникли пёсьи мухи, жабы,
Нарывы, мор и саранча,
Что вывели, свет дня мрача,
Израиль некогда из плена[497], —
Так вы достали всех, надменно
Себя ведя, сразил бы Бог
Вас всё одно, наш слыша вздох.
Теперь флиртуете вы с мыслью
Звать Карла, а не вы ли висли
Над всем парламентом, деля
До казни земли короля?
Когда же вы так все прозрели,
Тогда или сейчас? Вы еле
Ведь дышите, а всё равно
Стремитесь вверх, упав на дно.
Неужто не дорезал уши
Король вам, мерзкие кликуши?“»
«Он сел, – продолжил Раф, – и вновь
Поднялся. Видно было, кровь
Так прилила к лицу, что страшно
Всем стало за него. Как брашно[498]
Подгнившее, он по́том пах
И так сказал, вселив в них страх:
„Теперь об острове Уайте.
Он был ловушкой, так и знайте.
Всё, что придумал Хендерсон
О короле, есть просто сон[499].
Хоть что́ взять с пресвитерианца,
С враждебного нам всем шотландца[500]?
Вот в Оксфорде выпускники
Клянут друг друга взапуски
Перед защитою диплома,
Но понарошку, чтоб облома
Не допустить. А вы всерьёз
Клянёте всех и на износ.
Близки к тому вы, чтоб работой
Лукавого счесть многоротый
Наш ковенант, точь-в-точь как знать,
А Прайда с Хьюсоном назвать
Цареубийцами[501], хоть оба
Святые точно. Их не злоба
Подвигла к смерти короля,
А кровь впитавшие поля.
Наш Оливер не зря дебаты
Позволил. Разве депутаты
На суд не согласились? Был
Сегмент противников-мудрил,
Конечно, но софистов этих
Мы заперли в надёжных клетях.
Пытались мы и до того
Мир заключить, но в шутовство
Аксбридж в провальном сорок пятом
Вмиг превратился[502]. Депутатам
Не удалось тогда сломить
Упрямства короля, а сныть,
То бишь народ, жалела Карла,
Не разглядев его оскала.
Потом уже шотландцев вы
Купили, чтобы головы
Его добиться[503], но сперва ведь
Согласны были, что он править
Останется. Себя всегда
Вы полагали, господа,
Израилем священным, а́ нам
Пришлось тогда филистимлянам
Всем уподобиться, и вас
Сломили мы, а Бог не спас.
Это показывает, как вы
Все жаждете, навроде аквы[504],
Монархии, ведь лишь король
Вернуть вам может вашу роль.
Он примет вас, коль вы в доверье
Вотрётесь, только лицемерье
Ему известно ваше, наст
Ваш тает, и он вас предаст.
Неловка ваша пантомима,
Телодвижения все мимо
Бьют цели. Лучше б вам стоять
Всем на одном, сжав рукоять
Иль Библию, а вы всё время
Шатаетесь. Вам бы в эмблеме
Своей иметь ветра́, что курс
Меняют свой. Один ресурс
Лишь важен – храбрость, ибо всякий
Край – родина отважных[505]. Бяки
Вы все чудовищные. Стран
Правительства – всегда обман,
Направленный на то, чтоб лиги
Крушить. Всегда лежат интриги
В основе власти. Правда, есть,
Кто держатся за веру, честь
И прочее, но это платье —
Заплата на другой заплате;
Их голос вряд ли тех слышней,
Кто не меняют простыней.
Обречено их дело: верным
Быть идеалам значит сквернам
Дать путь наверх. Идёт игра
На жизнь. Всех партий повара
Знай стряпают своё. Победа
Сравнима с блюдами обеда,
В которых масса скрытых трав.
Не тот берёт ведь верх, кто прав,
А тот, кто скрытней и опасней.
Забрав всю власть, он кормит басней
О принципах народ. Лишь тот
И побеждает, кого ждёт
В другие времена темница
Или петля. Он превратиться
В отца народа должен, дав
Ему наесться, кроткий нрав
Свой демонстрируя, хоть лютым
Останется внутри. Он спрутом
Обязан быть, всех охватив.
Коль он надменен иль спесив,
То не продержится. Немало
Таких у власти побывало.
Он должен ковенант хоть чем,
Но подпирать. Внутри систем
Всегда враги, кто лишь о храме
Своём заботятся. С врагами
Такими надо, как и встарь,
Единобожия алтарь
Воздвигнув, поступать, а то есть
Шажками то, что наша совесть
Диктует, утвердить для всех.
Да, государственный лемех
Копает глубоко. Победу
Крепить всё время нужно. Еду,
Наверно, слишком быстро я,
Но говорю всё, не тая
От вас ни крохи наших планов.
Пора нам сбросить истуканов
В глухую пропасть. Только как,
Вопрос открытый. Новых драк
Мы допустить не можем. Деньги
У нас, весь мир на четвереньки
Становится пред ними, он
И так донельзя развращён,
Так что подмаслить кучке партий
Нетрудно. Дело всё в азарте:
Кто не играет, на барыш
Рассчитывать не смеет. Вишь,
Какая тишина настала,
Никто не мчится прочь из зала.
Я продолжаю. В мире все
Продажны. Если в колесе
Нет спиц, оно вращаться будет,
Но вся повозка рухнет. Судят
Неверно нас: мы не хотим
Вас уничтожить, лишь нажим
Ваш чуть умерить. Значит, денег
Дать нужно вам, плюс деревенек
Какое-то число и пост
Ответственный. Наш метод прост:
Всеобщий подкуп[506]. Пусть казна и
Стране принадлежит, давая
Вам из неё, мы оборот
Свой увеличим. Наперёд
Скажу вам, это всё ко благу.
Кто помешает нам? Бумагу
С протестом можно написать,
И что? У нас лежит печать,
А без неё протесты эти
Не действенны. Все наши кмети
Мгновенно вас сметут, как мы
Привыкли делать в годы тьмы.
Так что ни бунт, ни прочий шорох
Вам не помогут. Те, которых
Порядок наш гнетёт, умрут,
И всё. Пусть видят все маршрут,
Каким идём мы, не вникая
В механику его. Простая
Она, но лучше рычажков
И шестерён не зреть. Таков
Наш план. Кому он не по нраву,
Поберегутся пусть. Управу
На них отыщем мы всегда.
Республика ведь молода,
Ей надо устояться. Архи-
Хрупка она, хоть у монархий
