Читаем Гудибрас онлайн бесплатно

Перегудят[337], ей сидр лишь, ссаки

По сути, горячо любим.

Хоть вы толпы и подхалим,

Она как гром для перепонок

Ослиных ваших, как ни звонок

Ваш глас, когда ревёте вы.

Вы полагаете молвы

Избегнуть? Или убедили

Себя, что бури нишкнут в штиле?

С годами глупость лишь растёт,

Экстравагантным идиот

Становится. Кто, как не вы, сэр,

Похожи на гигантский высер

Невежества? Сравнить вас с кем-

Нибудь одним есть тема тем.

Когда-то были христиане,

Особо при Максимиане,

Казнимы между жерновов[338],

Вы бы поддакнули, вам плёв

Любой вид казни, кроме вашей.

Вы попривыкли быть парашей,

И исправлять вас – как нырнуть

На дно, увязнув в ней по грудь.

Увы, переливанье крови

Не может возвратить здоровье

Моральное. Как поросят

Вы к суке ни клади, навряд

Ли выйдут псы из них, вернее

Не выйдут точно. Вам ливрею

Носить бы, может быть, тогда

В вас вбили б капельку стыда.

Вы интриган, но лишь швырянье

Яиц протухших в вашем плане[339].

Вы, вроде как, лечить кору

Умеете дерев. Совру,

Быть может, но грибки на ветках

Вы сводите лишь парой метких

Высказываний. Как насчёт

Того пенька, что знай растёт

Из тулова ушами, носом

И прочим всем? Своим поносом

Словесным не пытались вы

Лечить болезни головы,

Кору, понятно, мозговую,

Но собственную? Я рискую

Вам навязать придумку, зов

Воображенья, парусов

При помощи что вдаль стремится —

Безупряжную колесницу[340].

Она бы пригодилась вам,

Чтоб от закона бечь, ведь псам

Её не выследить. В народе

Всё ходит слух, что вы, навроде,

Сумели старых сук в щенков

Обратно превратить, таков,

Мол, элексир ваш, чудо-средство,

Что дряхлым возвращает детство.

Коль так, то вы наверняка

И сами можете в щенка,

А лучше суку, превратиться,

Чтоб тявкать, но уже как псица.

Вы мановением бровей,

Мол, в силах вызвать суховей.

Коль так, то почему вы сами

Не испаритесь со щенками?

Рекут, что в Обществе своём

Вы заглянуть за окоём

Людского знания сумели

И лучше преуспели в деле

Ремесленников, чем они[341].

Коль так, то почему стряпни

Вкус вашей дико тошнотворен?

Кудесник вы, но лишь средь дворен,

И как вы ни хотите им

Быть для других, вы – аноним.

Нет, я неправ. У вас есть слава,

Но вся – как серенькая пава,

Как вы павлином ни рядись.

Хоть с Обществом научным близь

Дала вам право на именье

Какого-никакого мненья,

Вы, сударь, всё же не сэр Пол[342],

Кто, впрочем, как и вы, осёл.

Но рознитесь вы степенями

Ослиности своей. Вы в храме

Науки главный балабон:

Что ни скажи вы, надо тон

Ваш измерять немецкой милей[343] —

Настолько мозг вы засорили

Их там своим сплошным враньём.

Вы знатно утвердились в нём,

Так что вруны поменьше рангом

(Вы ж в центре) прячутся по флангам.

Увы, невежеству теперь

Распахнута любая дверь.

Откат у пушек больше, впрочем,

Чем тяжелей заряд. Отскочим

Мы миром всем от ваших врак,

Пусть и непроницаем зрак

Ваш, то бишь вид, когда несёте

Вы чушь, пусть вы пока в почёте.

Делишки ваши – свят, свят, свят! —

Загаженнее поросят,

Когда те в отрубях резвятся.

Но так для вас, для святотатца,

Не будет вечно: просекут,

Что самозванец вы, что труд

Ваш липов весь, и грянет кара

На порожденье Иссахара.

А как умеет наш народ

Карать, не знает только тот,

Кто не родился. Будет лучшим

Для вас исходом, а везучим

Всегда вы были, если люд

И знать вас чокнутым сочтут,

С луны упавшим то есть. Этим

Спасётесь вы, иначе детям

Дадут камнями вас побить,

А черни плети применить.

Вся правда в том, что сила страсти

Не знает над собою власти

Ничьей, и тот, кто одержим

Ей плюс имуществом большим,

Страдает вдвое. Тот, кто даже

Готов висеть на горном кряже

Во имя страсти, ей порой

Манкирует, как всей горой,

Иль струсив, иль свалившись в пропасть.

Другой испытывает робость

При виде пика и в объезд

Пускается, но ставит крест

На всех потугах вверх взобраться.

Из всех возможных операций

Страсть покорить нет ни одной,

Что не кончались бы трубой.

Прекрасных дам из звёзд ваяя,

Мы забываем, что немая

Луна к Калигуле в кровать

Не шла никак, свежа сиять[344].

Сколько хотите, голосите:

Не небе звёзд, как дырок в сите,

Нет, много больше. Тронуть их

Ничем нельзя, как глас ни лих.

Сколько мужей погибло, чтобы

Стяжать приятие зазнобы!

Зачем же глупо повторять

Опять сей промах и опять?

Элизий с Тартаром едины,

Попав в один, вы зрите спины

Тех, кто в другом. Зачем гореть

Любовью, коль всё так и впредь?

А если женщина жестока,

Сгорите вы в мгновенье ока,

Как мошкара в огне свечи.

Наш рыцарь знал, что ни врачи

Здесь не помогут, ни отвага,

Но удержаться он от шага

В гнилую пропасть всё ж не смог,

Решив, что нас умнее рок.

Как только кончилось сраженье

Меж ним и магом, тотчас жженье

Он в сердце ощутил своём.

Победа оживила в нём

Желанье (как лишь при победе