Читаем Гудибрас онлайн бесплатно
И что, отвергнуть их? Кобыла
Лягнула, во́роны свой «карк»
Распространили. Зоопарк
На небе разве меньший? Если
Влетала в Рим сова, то в кресле
Своём был консул устрашён
И звал гаруспиков. И он,
И многие считали знаки
Все вещими. И в зодиаке
Порядок тот же. Коль сова
Пугает здесь, то там, едва
Одна звезда погаснет, паник
Не счесть. Астролог, звёзд избранник,
Читает лучше, чем авгур
По внутренностям чёрных кур,
Судьбу, что решена вся свыше,
А не в курятнике иль в нише,
Откуда статуи порой
На землю валятся. Тот строй,
Что правит, часто ауспиций
Использует прогнозы, слиться
С народом чтоб, тогда как нет
У звёзд правительства: их свет
Всегда нейтрален. Лишь астролог
Сдувает пыль с их книжных полок,
Чтоб люди знали, что грозит
Им всем, когда летит болид.
Не мы ли на луне открыли
Моря и горы в изобилье,
А также появленье стран,
Что ни Колумб, ни Магеллан
Предвидеть не могли? По тропам
Они прошли, что телескопом
Были проторены до них».
Сказал тут Гудибрас: «Вы вспых
Всех звёзд трактуете неверно:
Не подчиняется им скверна
Людская, сами мы творим
Её, хоть чёрт за этим зрим.
Что ж до луны, Анаксагором[295]
Холмы открыты были, горам
Наземным не чета. Он всем
Твердил, что та, как бранный шлем,
Из бронзы сделана, размером
Не больше Греции. Химерам
Языческим взамен он Нус
Свой ввёл, а небо, как на вкус
Его, из камня было, споры
Идут, открыл он метеоры
Иль нет[296]. За то, что он к Уму
Склонялся вечному, в тюрьму
Упрятали его, беднягу.
Но что с того нам, что не наго,
Мол, тело лунное? Мы все
Едим капусту, к колбасе
Имеем склонность, а рога ли
У тамошних, мы все плевали.
Торговля с галлами одно,
Другое – лунное пятно,
С которым торговать нелепость,
А взять никак нельзя их крепость:
Она так высоко, что крыл
Таких сам Бог не сотворил.
Вы грезите о лунном грунте?
Всё в Риме было, так что плюньте.
Какой у них там строй, начхать,
Всё есть уже и здесь. На ять
Мы выучили, чем чреваты
Правленья все и все диктаты.
Вы думаете, с их наук
Перепадёт нам? Праздный звук.
Религия? Так вон аж сколько
Их наша родила юдолька.
Там вряд ли люэс лучше, чем
Во Франции,
Лечить способны. Может, яры,
Вы думаете, их гитары
Гораздо больше наших, иль
Другой у исполненья стиль?
Иль пьесы лучше их, чем наши?
Умней, возможно, но не краше.
Иль битва их на кулаках
Тычка не допускает в пах?
Иль их башка настолько больше,
Что не подходят им аллонжи[298]?
Иль франты их во много раз
Щеголеватей, чем у нас?
Что ярче их румяна, пудры,
И все поболе многокудры?
Иль пуканье безвонно там,
А коль стремится к небесам,
То «новый свет»[299] несёт народу?
Вы как епископ Годвин, моду
Начавший вояжей к луне
На птицах «ганзах» в четверне[300].
Скажите, чтитель околесиц,
Почто народы полумесяц
За герб иль знак избрали свой,
Гнушаясь полною луной?
Все пятятся от оной крабом,
Хоть вычислили Якобштабом[301]
И расстоянье до неё,
И волки громкое вытьё
При ней лишь начинают. Это
Неясно так же, как комета».
На сём астролог Сидрофел
Сперва немного помрачнел,
Сверкнув совиными очами,
Потом надулся, чтобы пламя
В задетом сердце чуть унять,
И отвечал с заходом вспять:
«Искусства нашего врагами
Я чту одних лишь сов с гусями.
Тех, например, что, когда галл
Средь ночи Рим атаковал,
Своим гагаканьем, постылей
Какого нет, перебудили
Его защитников; тех сов,
Что знак Афины, а умов
Других не видят вовсе, кроме
Богини сей, во всей плероме.
Как критики от болтовни
В кофейнях сипнут, так они
Ууханьем своим с гагаком
Искусство всё, что зодиаком
Нам продиктовано, свести
Хотят к нулю, от чувств шести
Оставив пять[302]. Мы всё в природе
Находим и в созвездий ходе,
Железной логики приём
Тем демонстрируя, кто в сём
Изволит сомневаться громко.
Я ваших звёзд головоломку
С трудом, но всё же разрешил
До вашего прибытья. Ил
Так не засасывает ноги,
Как звёзды ум. Они в итоге
Не для того лишь, чтоб воров
Высвечивать, иль чтобы кров
Любовным предоставить вздохам[303],
А чтоб восстановлять по крохам
Судьбу людскую. Дел им нет
До клятв любовных, иль букет
Трав рвущих ведьм для тошных зелий,
Иль до ушей, что больше в теле
Не фигурируют у тех,
Свершили кто наветов грех.
Они надзорщики, не боле,
Но жизнь меняют, если в школе
Вы побывали их. Но есть
Разве одно созвездье, в честь
Не названное тех творений
Господних, что не здесь, не в жмене
Его находятся? Господь
Связал со сводом нашу плоть,
Хоть большинство имён, что пыли
Даны небесной, в жизни были
Пиратами, блядьми, ворьём.
Вы думаете, звёзды в чём-
Нибудь им уступают в смысле
Профессий, хоть вверху повисли?
Планет всех разве имена
Не связаны с землёй? Она
Привязана навеки к своду.
Так разве звёзды знать природу
Людскую лучше не должны,
Чем сами люди? Ведь челны,
Навроде Арго, даже блики
Волос прекрасной Береники
Теперь созвездья[304]. Кто там шлем
Возничего надел? Кто „эм“
Кассиопеи сделал, если
Она б вращалась, сидя в кресле,
Английской буквой „дабл ю“[305]?
Я с удивленьем вящим зрю,
Что вы не в курсе. Ясно, Богом
Так было решено. Во многом
Созвездья нам равны, их ум
Почти как наш. Платон, угрюм
Обычно, веселел при мысли,
Что всё в небесном коромысле
Уравновешено, считал
Он геометрию начал
Началом всех[306]. Такая ж мера
Из сфер космических на сферу
