Читаем Думсдэй: Мстители онлайн бесплатно
Затем, мир начал возвращаться. Сначала — высокий звон, затем приглушённые голоса, потом слова начали складываться в смысл. Тони в очередной раз спрашивал «как дела». Забавный он в последнее время. Может быть не стоило палить перед ним лазеры, и собственный ущербный полет. Но хоть яда в минералку больше не подливает…
Я поднял руку и показал ему большой палец.
— Есть попадание! — крикнул я, чувствуя, как голос звучит странно глухо даже для меня самого. — Только радист, похоже, слегка контужен. Нихрена не слышу…
Он кажется понял и кричать перестал, замерев в люке танка.
Голова всё ещё гудела, но улыбка расползалась сама собой. До отвратительных водных процедур, подобный взрыв скорее всего разорвал бы тело на несколько частей. Сейчас же… можно считать, легкие царапины. С одного удара меня Танос точно уже не вынесет. Наверное. Без камней так точно.
Но вот хотя бы с камнем силы, не говоря уже о мощи его флота тотального экстерминатуса...
Я глубоко вдохнул, расправил плечи и добавил, перекрикивая остаточный звон в ушах:
— Давай теперь бронебойным и хватит на этом. Мне еще к Старку идти…
Тони Старк сидел за широким столом в головном офисе компании, медленно перелистывая документы, которые, казалось, никогда не заканчивались. Бумаги лежали аккуратными стопками, но каждая новая подпись только рождала следующую — отчёты, лицензии, контракты, юридические уведомления, внутренние распоряжения.
Когда он окончательно взял управление компанией на себя, всё это плотно стало частью его повседневности. Иронично — человек, который создавал летающие боевые системы и реакторы нового поколения, большую часть времени проводил утверждая формулировки пунктов и параграфов.
К счастью, Джарвис заранее анализировал тексты, выжимая из них смысл, риски и возможные ловушки. Тони оставалось лишь просмотреть краткие сводки и поставить подпись. Без этого помощника он, вероятно, уже бы швырнул половину папок в окно — исключительно из принципа.
А еще, большую часть работы как всегда помогала ему делать Пейпер…
Но даже с облегчённой работой сосредоточиться было трудно.
Мысли каждый раз возвращались к одному и тому же. Он использовал костюм в мирных целях — спасал людей, предотвращал катастрофы, обезвреживал террористов. Но для правительства США сам факт существования подобной системы означал вызов собственным возможностям. Они пытались доказать, что его костюм — оружие.
А если это оружие — значит контроль над ним должен принадлежать государству.
Старк уже отбился от основной массы претензий — где-то юридически, где-то политически, где-то… более гибкими методами, о которых не принято писать в отчётах. Однако пентагон не собирался отступать. Теперь они давили на запрет полётов, пытаясь ограничить саму возможность использования костюма вне их разрешения.
Он всё чаще ловил себя на мысли, что, возможно, проще отдать им один из ранних прототипов. Пусть получат игрушку, разберут её по винтам, почувствуют контроль — и, может быть, отстанут…
Хотя он сам не верил, что они отстанут. ЩИТ предлагал помощь с этим, но Тони предпочел бы вовсе уничтожить собственное творение, чем отдать его этим «шпионам». Армия хотя бы была предсказуемой.
С другой стороны, конкуренты тоже не спали.
Джастин Хаммер упрямо пытался воспроизвести технологию дугового реактора, как и броню, и пусть его разработки пока напоминали карикатуру на оригинал, сам факт настойчивости раздражал. Хаммер не был гением — но был упорным, амбициозным и достаточно богатым, чтобы продолжать попытки до тех пор, пока у него не получится. Озкорп также дышал им в спину, со своими боевыми платформами.
Однако больше всего Тони беспокоило вовсе не правительство и не конкуренты.
А собственное тело.
Осколки в груди можно было удалить — теоретически. Лучшие хирурги мира соглашались, что операция возможна. Но ни один не давал гарантий, что он переживёт её. Ни один. Даже Стивен Стрэндж, человек, которого называли хирургическим чудом, увидев отчеты, отказался браться за процедуру в которой не уверен.
Иногда Тони ловил себя на том, что думает о смерти слишком спокойно. Не как о страхе — скорее как о незавершённом проекте. О том, что останется после него. О том, что он не успел построить.
Он вспоминал своего отца, Говарда Старка. И то, как тот верил в идею будущего, которое нужно не просто изобретать, а показывать людям. Демонстрировать. Вдохновлять.
И потому мысль возвращалась снова и снова.
Восстановить выставку. Снова открыть Stark Expo, вернуть её в старое здание парка Флашинг-Медоус. Сделать символом того, что будущее ещё впереди, даже если его не станет.
Но всё-таки, он не хотел умирать... А собственное состояние, казалось, становилось все хуже.
Ручка замерла над очередным документом.
Тони ещё несколько секунд смотрел на документ перед собой, но буквы расплывались, превращаясь в бессмысленные чёрные полосы. Он медленно откинулся на спинку кресла, потер лицо ладонями, позволяя тяжести мыслей осесть где-то глубже, под привычной иронией и внешним спокойствием.
Хватит.
