Читаем Думсдэй: Мстители онлайн бесплатно
Мастерс нахмурился. Его наниматель ловит пулю затылком, даже не моргнув. Тони видел рану. Пуля вошла в затылок, и должна была пробить лобную долю, но не пробила, а спустя несколько секунд от раны не осталось и следа. Удар мечом и вовсе не смог прорезать руку, хотя таким ударом Мастерс мог прорубить и сталь. Его кости точно должны выдерживать многое. Еще и регенерация. Тони не знал, как это работает, но память зафиксировала: клетки восстанавливаются со скоростью, которая невозможна для любого известного организма.
«Сколько он может выдержать?» — подумал Тони. Глубина, где давление убивает быстрее, чем регенерация успевает чинить. Где-то там есть предел. Тысяча метров? Две? Три? Он представил Алекса на дне Марианской впадины — тело сжато до размеров ребёнка, кости перемолоты в пыль, но клетки всё ещё пытаются делиться, восстанавливать то, что вода ломает снова и снова. Вечность в давлении.
Если он собрался туда, то похоже его долг скоро будет закрыт.
Часы тикали.
На исходе шестого часа. Тони поднялся, подошёл к борту, вгляделся в чёрную воду. Ни пузырей, ни света, ничего. Только собственная маска, смотрящая на него из глубины, отражая редкие блики от приборов на корабле.
Расчётное время подъёма с такой глубины, даже без декомпрессионных остановок — а Алекс явно не собирался останавливаться — около нескольких часов, если вообще удастся всплыть. Шесть.
Мастерс посмотрел на тёмный горизонт, потом перевёл взгляд на ящики.
Пиротехника. Перед погружением он показал Тони содержимое ящиков: сигнальные ракеты, подводные фонари-взрыватели, дымовые шашки. Тони тогда подумал, что это шутка.
Сейчас он не был так уверен.
Он подошёл к ящикам, откинул крышку. Ракетница лежала сверху какая-то дешевая дрянь, но заряженная. Тони взял её, проверил механизм, вставил патрон с красной маркировкой. «Осветительная» — выстреливает вверх, зависает на несколько секунд, освещает полкилометра вокруг.
Он вернулся к борту, поднял ракетницу в чёрное небо, нажал на спуск.
Щелчок. Ничего.
Тони вытащил патрон, осмотрел, а затем его рука потянулась к лицу. Обладающий многомиллионным состоянием Алекс и это… заказал с Амазона. Подержанная яхта, китайские товары. Что это — бережливость граничащая с жадностью, или наплевательское отношение ко всему что его окружает… Мастерс не знал.
Он бросил испорченный патрон за борт. Второй патрон — зелёный. Сухой. Тони зарядил снова, поднял руку.
И тут мир взорвался.
Удар был такой силы, что Тони не услышал его — просто перестал что-либо слышать вообще. Воздушная волна сбила с ног, приложила спиной о палубу, покатила к мачте. Ракетница едва не вылетела из рук, выстрелив в бок зеленой сигнальной ракетой. Корабль накренился, заскрипел всем корпусом, вода за бортом встала стеной.
Взрыв. Не рядом — на расстоянии сотен метров. Так далеко, что вода должна была погасить любую ударную волну, но то, что вырвалось наружу, не погасило ничего,
Перекатившийся, уже доставший пистолет Мастерс, поднялся на ноги подняв голову из-за ближайшего укрытия.
Ракетница — та самая, зелёная — летела вверх. Криво, кувыркаясь, чертя неровную дугу в чёрном небе. А из воды, сбоку от него, вздымался фонтан.
Огромный. Тони не видел таких никогда. Вода взлетела на сотню метров вверх, разрывая ночную гладь, подсвеченная странным фиолетовым светом.
И в центре этого фонтана, в самой его сердцевине, в воздухе висела фигура его нанимателя.
При этом... он не падал вниз. Он действительно висел в воздухе, в самой верхней точке водяного столба, в обрывках того, что когда-то было гидрокостюмом. Маска исчезла, баллона не было, остатки снаряжение висели лохмотьями. Кожа — серая, как у утопленника, с синеватым отливом, под которой судорожно дергались иссохшие до состояния скелета мышцы. И судорожно открывающийся рот, жадно вдыхающий ночной воздух. Глаза — открытые, смотрящие прямо в небо, светящиеся фиолетовым. Тем же светом, что шёл из глубины…
Ракета взорвалась.
Зелёная вспышка осветила всю картину: фонтан, фигуру в центре, корабль внизу. На секунду мир стал неестественно ярким — зелёный свет смешался с фиолетовым, а затем, фиолетовый свет погас… Алекс начал падать вниз.
Лаборатория гудела тихим электрическим фоном — не шумом, а скорее постоянным напряжением пространства, в котором всё было подключено, заряжено, просчитано и почти готово к следующему прорыву.
Отто говорил быстро. Не торопливо — именно быстро. Как человек, у которого мысли движутся быстрее, чем язык способен их оформлять, и потому он постоянно пытается догнать самого себя.
Он почти не смотрел на Алекса. Ходил вдоль массивного стола, уставленного модулями, схемами, прозрачными контейнерами с охлаждающими жидкостями, и объяснял, размахивая рукой то с карандашом, то с отверткой, то просто воздухом.
