Читаем Думсдэй: Мстители онлайн бесплатно
Тони Мастерс был официально нанят мной как начальник охраны. Официальная личность старого наемника была как раз главой небольшого ЧОПа, по типу «Блэкуотерс» и иже с ними. Мы даже официально все оформили. Бумаги, подписи, хорошая зарплата — все как нужно. Особенно после «инцидента» с попыткой ограбления. Так же не вызывало вопросов. Хоть кто-то будет в моей "команде", хоть и не по собственной воле. Можно было еще конечно припряч спасенную Джессику, надавив на чувство благодарности, но... девчушке и так нехило досталось. Пусть поживет спокойно.
Еще одной хорошей новостью было то, что наши юристы все-таки согласовали все детали с компанией Отто, и вдвоем с его женой мы доломали упрямого ученого на один очень важный для меня пункт: он никогда не будет использовать нейрочип на себе. Нахер. Доктор Осьминог мне тут был не нужен.
С одной стороны Розалия давила на него, опасаясь за его здоровье, с другой стороны я, как будущий инвестор, который не хотел, чтобы его главный ученый подверг себя риску, потянув за собой все вложенные деньги.
И о чудо… он согласился. Контракт мы подписали, первый транш упал на счет его компании, Отто выкупил лабораторию и ждал поставки всякой научной хрени, которую теперь смог заказать. Розалия таки свела меня с тем, кто может организовать первую выставку. Все в плюсе.
Жизнь вроде бы налаживалась.
И именно это меня почему-то сильно напрягало. Может быть, после всего что происходило я не мог поверить в то, что все пойдет не по одному месту…
Я погасил экран и уставился в потолок. В голове было пусто и вязко, как после сильного удара. Не злость. Не страх. Апатия. Глухая и липкая.
Снова уткнулся в экран, даже не заметив, как прошла минута… или десять, или час. Видео само перетекало в следующее, лента жила своей жизнью. Вспышки, логотипы каналов, чужие восторженные лица, записи геройств Патриота, какие-то новости, котики, смешные нарезки.
Я смотрел — и не смотрел одновременно.
Звук был включён, но слова проходили мимо. Словно кто-то говорил через воду. Пальцы лениво держали телефон, но даже пролистать дальше не было желания. Не потому что интересно — наоборот. Просто… всё равно.
В груди не было ни злости, ни радости. Ни удовлетворения от того, что всё сработало. Ни тревоги. Пустота, аккуратная, ровная, будто кто-то выскоблил эмоции и оставил чистое место.
Спустя какое-то время поймал себя на том, что уже второй раз смотрю один и тот же момент — как молодой коп рассказывает о том, как Патриот спас их экипаж, буквально вытащив из-под пуль. И не могу вспомнить, зачем вообще снова включил это видео.
Тело лежало тяжело. Подниматься не хотелось. Не потому что устал — наоборот, энергии было слишком много и слишком мало одновременно. Мысли текли вяло, цеплялись друг за друга и тут же обрывались. Даже раздражение не приходило — а ведь раньше оно всегда спасало.
«Надо бы…» — мысль возникала и тут же растворялась, не успев закончиться.
Надо бы встать. Надо бы поесть. Но зачем… Нахрена я все это делаю…
Я закрыл видео, экран на секунду потемнел — и в этом чёрном отражении я поймал себя на странном ощущении: будто меня здесь нет. Будто я просто оставил тело на диване, а сам отошёл куда-то на пару шагов в сторону.
— Мистер Ягами, — вдруг раздался голос.
Я моргнул.
Голос Алисы выдернул меня из этого апатичного потока.
— Вы просили напомнить, — продолжила она, — что завтра истекает месяц. Срок, который вы установили для «дурачков из мафии».
Секунду я просто смотрел в потолок.
— Точно… — выдохнул я и резко сел, ощущая, как кровь наконец-то разгоняется по жилам. — Спасибо, колонка. Совсем забыл.
Телефон полетел на диван. Я поднялся на ноги, прошёлся по комнате, плечи сами расправились, в голове начали выстраиваться мои будущие действия, чтобы закончить эту унылую эпопею со здешними мафиозными воротилами.
— Кстати, сообщений никаких не приходило?
Здание склада находилось у самой кромки промзоны, между ржавыми причалами и мёртвыми холодильными корпусами. Старая фабрика по расфасовке рыбы — бетонный прямоугольник без вывески, с облупившейся бело-голубой краской и заваренными окнами. Когда-то здесь пахло рыбными консервами, теперь — табаком, оружейной смазкой и непередаваемым запахом тысяч новеньких банкот.
Это было одно из немногих «общих» мест. Ничья территория. Формально — заброшка. Фактически — нейтральная зона, где доны могли находиться в одном помещении и не стрелять друг в друга хотя бы первые пять минут.
Внутри — высокий ангар с потолком под кранами, следами рельс в полу и огромными стальными столами, когда-то служившими для разделки рыбы. Теперь на них лежали кейсы, сумки, калькуляторы, планшеты и списки. Свет — жёсткий, промышленный, от старых ламп под решётками.
Охрана была везде, и у каждого — своя.
