Читаем Глазами Странника онлайн бесплатно
Под ногами мага не было опоры, однако он не падал, свободно паря в пространстве без верха и низа. Он поворачивался в горизонтальной и вертикальной плоскостях, перемещался вдоль и поперек книжных рядов, в раздумчивости садился на полки с заинтересовавшей его книгой в руках. Одной из таких книг стал многотрудный научный трактат Умаруса Красного «О подготовке к применению заклинаний, базовых принципах волшебства, систематизации и классификации заклинаний». Именно последняя часть названия трактата заинтересовала Дъёрхтарда. Пролистав пять сотен страниц многословия Умаруса, он остановился на шкале Градца-Умаруса. Таблица распределяла заклинания согласно силе по пятнадцатибалльной шкале. Здесь перечислялись наиболее актуальные во время написания книги заклинания, а также им давалась весьма подробная характеристика. Каждому заклинанию отводилась отельная страница. Щепетильный Умарус рассказывал о достоинствах и сложностях заклинаний, о фактах и результатах применения колдовства в своей практике и скрытых опасностях, которые это колдовство сопровождали. Но первоосновную роль рассказчик отводил коэффициенту полезности заклинаний, который складывался из отношения затраченных сил к результативности заклинания. В силу влияния энтропии магические затраты всегда превосходили получаемый результат, и чем ниже было числовое значение коэффициента полезности, тем выше оценивалось заклинание. Так, соображениями Умаруса обычный огненный шар признавался наиболее результативным заклинанием. Этот лейтмотив своих трудов он восхвалял осаннами и призывал служить ему всякого адепта магии. Подобные размышления показались Дъёрхтарду несусветной глупостью, достойной внимания разве что слабого заклинателя, дорожившего каждой крупицей своей энергии. Огненному шару шкала Градца-Умаруса присваивала шесть баллов, тогда как излюбленному Дъёрхтардом призрачному копью — семь. Заклинаний сильнее предвестник не знал, чему сейчас в очередной раз устыдился. Умарус же рассказывал о заклинаниях гораздо более могущественных. Среди них восстание теней — заклинание школы Темурьи, ополчающее тени врагов против них же самих, или бесплотность, обеспечивающая невосприимчивость заклинателя к простому оружию и колдовству силой ниже шести баллов. Первому шкала присваивала одиннадцать баллов, второму — тринадцать. Дъёрхтард прочитал их без всякого энтузиазма, понимая, Имурья не позволит унести знание сверх того, за которым он пришел. Свою мысль Умарус завершал упоминанием, что первоначальная шкала Градца имела двадцать пять баллов, но заклинания, оцениваемые выше пятнадцатого балла, превышают возможности большинства даже сильных магов и применение таковых Умарус, исходя из все того же пресловутого коэффициента полезности считал нецелесообразным.
Дъёрхтард закрыл книгу и поставил обратно на полку между «Сводом законов Нагинара» и «Легендами юга» безымянного автора. По соседству он обнаружил упитанный «Молитвослов пантеиста», хранящий известные и не очень формулы обращений ко всевозможным божественным сущностям, но открывать не стал, — такое же точно издание он не раз перелистывал в Келье Покоя.
— «Труды Градца», — позвал Дъёрхтард. Ничего не произошло. Если упомянутый маг древности и написал некую книгу, назвалась она иначе. Но довольно праздной любопытности, не для того предвестник прибыл в Намару. — «Биография Рогдевера», — предпринял он новую попытку. — Ничего. — «О предвозвестниках», — и снова неудача.
Дъёрхтард в задумчивости скрестил ноги, продолжая парить в невесомости. Очевидно, здесь не найти ответов. Это хранилище слов, но ему нужны не простые слова — имена, точнее имя Рогдевера. Маг поплыл вдоль книжных рядов.
Проходили часы, а быть может только секунды, ведь в этом мире время текло иначе. Шкапы и полки тянулись, как и прежде, сколько хватало глаз, и книгам не было конца. Маг снова остановился — нужен другой способ перемещения.
— Книга заклинаний Рогдевера, — произнес он. И книга появилась, повиснув в пространстве перед ним. Она весьма удивила мага.
