Читаем Глазами Странника онлайн бесплатно
Либо Зверей Гайдорана оставалось меньше, чем предполагал маг, либо они старательно прятались, но в остаток дня Дъёрхтарду ни один не повстречался. Тогда маг сменил тактику. Он пустил себе кровь, подобрал прямую ветвь и, опираясь на нее, стал подволакивать тело, при том, постанывая и покряхтывая. Очень скоро в кустах мелькнуло призрачное свечение. Через секунду существо бросилось в атаку. Волк, точнее душа волка, заблудшая и застрявшая в мире живых, — белая пелена с размытыми контурами зверя светящаяся голубовато-белым светом. Волк не понимал, что давно мертв, он продолжал охотиться, красться в кустах, выслеживать добычу и загонять до смерти. Призрак не знал устали, но порою все же пытался смежить веки и уснуть сном, которого не мог видеть. В отличие от большинства привидений, звери Гайдорана могли причинить вред живым. Призрак убивал добычу, но не мог есть, и на пир собирались падальщики. С восходом он забывал о прошлом дне и вновь отправлялся на охоту. Лесные звери не могли ни убежать, ни одолеть бестелесное создание, так что на много верст вокруг руин Парета, до самого Белого Ихора на запад, Снежных гор на север и восток почти не осталось крупных животных.
После событий, вызванных Грагардом полубогом, орден Аланара дозволил ученикам в редких случаях обращаться к магии Имурьи. Эта во многом школа бытового колдовства среди прочего в закромах имела простое заклинание изгнания призраков, которое с тех приснопамятных лет обязан был знать любой волшебник, особенно волшебник-путешественник.
Из нездорового странника Дъёрхтард мгновенно превратился в знающего свое дело мага. Душа волка наткнулась на незримую преграду, положив морду на лапы, опустилась к земле и растаяла. Вероятно, в конце жизни зверь был ужасен и несчастен. Гайдоран проводил чудовищные эксперименты, пришивал животным чужеродные части тел, изувечивал магией, превращая в насмешку природе. Но искалечить душу безумный маг не смог — в мир духов отправился величественный, статный зверь. Мысленно Дъёрхтард попросил Люперо его провести.
Маг бродил по лесам еще два дня, в течение которых повстречал еще двух беспокойных волков, кабана, медведя, и даже филина. Лишь однажды попалось окоченелое тело оленя, но никаких следов животной жизни. Лес умирал, в нем не только отсутствовали звери, но не было и насекомых, сохли деревья и вяли травы, в воздухе витал застоявшийся дух разложения. Те дни Дъёрхтард почти не ел, жизнь в нем поддерживала припасенная вода Белого Ихора. Он ушел достаточно далеко от самих руин Парета, чтобы с чистой совестью вернуться к Чабаклычу, но с возвращением все медлил. И хотя дорога его только началась, а преодолеть предстояло немало, он неизменно приветствовал каждый восход и предрассветное время посвящал медитации. Это помогало ему разобраться в себе, своих чувствах и отчасти даже заменяло пропитание. Так, например, он осознал, что был влюблен в красоту Миридис, но не в нее саму, что совершенно не скучает по Келье Покоя и напротив, желает исходить не один, а все миры.
Дъёрхтард откладывал обратную дорогу, говоря себе, что холм, ручей, поваленная высокая сосна, это ориентиры, дальше которых он не пойдет. Но он продолжал идти.
В овраге что-то шумело. Маг замер. Звук повторился — тяжело дышал крупный зверь. Подойдя к бровке, Дъёрхтард в нерешительности остановился.
Лось лежал на боку. Медленно поднимались припорошенные тощие бока, но конечности уже не двигались. Раскидистые рога прочертили тонкие борозды на мерзлой земле, глаз просительно взирал в небо. Но удивительно и ужасно было другое: на месте передних ног у зверя оказались руки. Крупные мужские человеческие руки, лишенные волосяного покрова посинели и вероятно отмерли. На одном пальце печатью прошлого обвилось обручальное кольцо. Услышав шаги, лось попытался поднять голову, но почти сразу вернулся в объятия земли и снега.
Дъёрхтард мог бы развести костер, отогреть, отпоить и вернуть его к жизни. Но надолго ли? Двух ног для существования лосю не хватит, и маг не был настолько искусен в своем ремесле, чтобы сотворить конечности. «Совсем немного, — рассудил он. — Если не убьешь, он все равно не промучается долго». Но словно прочитав мысли человека, лось чуть приподнял голову и жалобно посмотрел на него.
Дъёрхтард опустился на колени перед умирающим и нацелил руки на сердце: «Милосердный Экуро, проводи это создание к бескрайним лесам Думурьи».
Поколебавшись, он забрал кольцо.
— Нашел? — вместо приветствия спросил Чабаклыч, когда на другой день маг вернулся.
— Нашел. Надеюсь, призраки больше не потревожат вас.
— Воротятся, всегда возвращаются.
— Но почему?
— Ежели б я знал! Никак зовет их кто.
— Но кроме вас здесь не живут люди? Может быть, в Глухом лесу на севере?
