Читаем Добыча онлайн бесплатно
Я прекрасно слышала, что сказал Гидеон. Это всё не случайность. Он сам попросил мою мать оставить нас троих наедине, и она согласилась. Неужели она знала? Неужели мама просто позволила Гидеону творить вот такое в нашем собственном доме? Она продала меня... продала, словно какую-то шлюху ради благополучия рода. Только в чём заключается это благополучие, она так и не удосужилась сообщить, хотя расплачиваться мне.
Дикая, обжигающая ярость застилает глаза. Хватит с меня.
Я с шумом отодвигаю стул и поднимаюсь во весь рост. Вскидываю руку и показываю Гидеону средний палец, успевая при этом одарить едкой, презрительной ухмылкой Сальвадора Никса.
– Пошли вы оба, – чеканю я, и мой голос звенит. – Я сыта по горло тобой, Гидеон, и всем тем дерьмом, что постоянно извергает твой мерзкий рот.
Гидеон мгновенно багровеет. Жених так возмущён, что даже нелепые завитки на его прическе подрагивают. Он тоже вскакивает со стула:
– Лилит, стой на месте! Не смей уходить! Не позорь меня!
– Привыкай, – выплевываю я, отступая к выходу. – Если ты всё-таки женишься на мне, дальше будет только хуже. Я это терпеть не стану!
Шанс того, что этот высокомерный козёл передумает и расторгнет помолвку, ничтожно мал, но не равен нулю. Я вглядываюсь в его недовольное, уязвлённое, но полное бычьей решимости лицо и сжимаю зубы. Нет. Он не передумает. Гад...
Резко разворачиваюсь, делаю несколько быстрых шагов к двери, хватаюсь за позолоченную ручку и с силой тяну её на себя. В ту же секунду ладонь обжигает резкое покалывание чужой магии. Ручка заклинивает. Дверь не поддаётся, намертво запечатанная заклинанием.
Внутри всё сжимается от страха и злости. Я оборачиваюсь. Сальвадор Никс всё так же вальяжно сидит на стуле и со слабой улыбкой наблюдает за происходящим, как за забавным театральным представлением. А Гидеон, тяжело дыша, уже движется прямо на меня.
– Открой, Гидеон, – я вкладываю в голос всю свою злость. – Сейчас же. Лучше меня не доводи.
– Лилит, ты сама не знаешь, от чего отказываешься, – нагло ухмыляется он, сокращая дистанцию. – Увидишь, тебе понравится.
– Понравится?! Всё, что исходит от тебя, вызывает у меня отторжение!
– Лилит, как моя невеста ты обязана меня принимать таким, какой я есть, – его голос становится поучающим. – Есть вещи, которые важны для будущего брака. И это особенно касается секса. Ты молода и пока плохо понимаешь. У меня есть некие... предпочтения. Получить настоящее удовольствие я могу только если… кхм… будут соблюдены все мои правила. И Сальвадор станет тебе не чужим, так что не смущайся его.
Что именно ему нужно? Не понимаю. В этот момент я мысленно представляю мерзкий, дряблый стручок Гидеона, и меня натурально, физически подташнивает. Желудок скручивает спазмом. Кажется, я вот-вот избавлюсь от ужина.
– Ты откроешь дверь?! Или нет? – выкрикиваю я, вжимаясь спиной в запертое дерево. – Будешь пользоваться магией против меня? Радуйся, подонок, что на мне сейчас этот блокирующий браслет, иначе я бы тебя так приложила об эту стену, что зубы с пола бы собирал!
Сальвадор, который к этому моменту уже поднялся из-за стола и теперь стоит посреди комнаты, качает головой:
– Брось, Гидеон. В самом деле, не применять же магию против такой милой, очаровательной девушки. Это совсем не возбуждающе.
– А ты вообще заткнись, лицемер хренов! – рявкаю я на Никса, переводя на него яростный взгляд. – Я вам обоим запрещаю ко мне приближаться, иначе…
Я не успеваю договорить. Гидеон в этот момент резко бросается вперёд. Его пальцы намертво впиваются в ткань моего нового платья. Я пытаюсь вырваться, бьюсь в его руках, раздаётся треск шёлка, и левая лямка обрывается наполовину, обнажая мою грудь.
Ужас… вот что разрывает всё моё нутро. Дикий, первобытный, липкий ужас. Потому что я прекрасно понимаю, шансов у меня ноль. Но сдаваться не собираюсь.
Извернувшись всем телом, я вкладываю всю свою ярость в одно движение и с размаху бью Гидеона кулаком прямо в скулу. Козёл вскрикивает и делает шаг назад, держась за лицо.
Воспользовавшись секундной заминкой, я в панике бросаюсь обратно к обеденному столу. Одной рукой судорожно прижимаю к телу разорванную ткань платья, пытаясь прикрыться, а другой опираюсь на деревянную столешницу. Я тяжело, со свистом дышу, воздух застревает в лёгких, словно осколки стекла.
Во мне бушует животный страх перед тем, что эти двое могут сделать со мной прямо здесь, на этом столе. Или на софе… кто знает, что у них на уме.
Я прижимаюсь бедром к краю стола, широко раскрытыми, полными ужаса глазами смотрю на то, как ко мне медленно идёт разъярённый, тяжело дышащий жених. На его скуле уже наливается красное пятно от моего удара. Будет синяк. В другой момент я бы порадовалась, но сейчас не до этого.
Тихий, вкрадчивый голос Сальвадора Никса раздаётся откуда-то сбоку:
– А ты был прав, Гидеон... Та ещё горячая штучка. Будет весело.
Гидеон подходит ещё ближе. Его тон пугающе спокойный, с какой-то извращённой, мягкой настойчивостью жених продолжает уговаривать:
