Читаем Bad Bishop онлайн бесплатно

У них не было паспортов. Ни свидетельств о рождении. Только имена, которые их мать написала на тех рождественских украшениях четырнадцать лет назад, и одежда на них.

— Монголия, — убежденно сказал Дима. — Сначала поедем туда, потом двинемся на запад. Может быть, в Северную Африку. Мы будем отслеживать твоего отца по мере нашего продвижения. А пока давай сядем на поезд.

Поезд был чудесным. Тирни плакала от радости, когда они вошли в вагон. Дима — ему было за пятьдесят, седеющий хитрый лис — говорил очень мало.

На ужин были пирожки из буфета. Один час сменялся другим, пока не наступила ночь, и Дима с Тирни уснули.

Тирнан проскользнул в конец вагона, приоткрыл окно и высунул голову.

Тогда, и только тогда, он позволил себе поверить, что действительно сбежал из когтей Игоря Распутина.

Он запрокинул голову и посмотрел на луну.

Луна посмотрела в ответ.

Они улыбнулись друг другу, разделяя секрет.

Наконец, он был свободен.

Глава 35. ТИРНАН

Луна: У меня кое-что есть для тебя.

Я поднял взгляд от текстового сообщения на телефоне, переводя внимание на женщину, лежащую рядом со мной в постели.

Она все еще выглядела невероятно крошечной, и я задавался вопросом, как она планирует рожать целого чертова человека. Казалось амбициозным, даже для такой упрямой девчонки, как она.

Я приподнял бровь. — Да?

— Тирни сказала мне, что вы вдвоем никогда не празднуете свой день рождения.

— Тирни слишком много болтает.

— Она сказала, что никто из вас не находит ничего достойного в праздновании того дня, когда была убита ваша мать.

Поскольку это не было вопросом, я не стал давать ответ.

— Мы должны это изменить, — Лила выглядела решительной. — Я не заставлю тебя праздновать в декабре, но сейчас хорошее время. Есть несколько месяцев буфера от фактической даты.

Я положил телефон рядом с собой, ожидая, пока она все объяснит.

— Я приготовила тебе подарок на день рождения.

— Я родился не в июле.

— Да, но ты родился, и это достойно праздника. Я Тирни тоже что-то приготовила.

Я понял, почему она нравилась моей сестре. Лила заставляла людей вокруг себя чувствовать себя значимыми. Вероятно, потому, что ее саму игнорировали всю ее жизнь.

Она повернулась к своей тумбочке и извлекла из ящика маленькую шкатулку для драгоценностей, протягивая ее мне. Я открыл ее, бесстрастно глядя на содержимое.

Это был крест-подвеска. Типа тех, что носили ее кричащие братья со своими чертовыми рубашками за десять тысяч долларов и бриллиантовыми серьгами. Я закрыл ее, возвращая ей.

— Я атеист.

— А я нет, — Ее брови нахмурились. — И я хочу, чтобы ты носил его и помнил, что в этом мире есть кто-то, кто молится за тебя.

Я не носил украшений и не считал себя католиком больше, чем чертова кофейная чашка. Однако я не знал этикета отказа от подарка на день рождения, поскольку мне никогда раньше его не дарили.

— Я не буду его носить.

— Никогда не говори никогда.

— Я говорю это прямо сейчас.

— Такой угрюмый, — Она надулась.

— Такая настойчивая.

Она попыталась выдавить легкую улыбку, но я видел, что она разочарована. — Ладно. Не носи. Но сохрани.

Я засунул ее в ящик своей тумбочки и встал, готовясь к новому дню.

Глава 36. ЛИЛА

В течение нескольких коротких недель жизнь была почти блаженной.

Мы с Иммой занимались обустройством гнезда, ходили на приемы к врачу и готовили. Тирни навещала меня дважды в неделю с чаем. И травяными смесями из экзотических мест, и мафиозными сплетнями о ключевых фигурах преступного мира. Мама все еще не ответила на мое сообщение, отправленное несколько недель назад, но я больше не сидела и не смотрела на него, как побитый щенок.

Мы со сном, наконец, возобновили знакомство. Все благодаря моему мужу.

Он проводил каждую ночь, поклоняясь моему телу, посасывая соски, целуя и облизывая между ног, иногда засовывая туда пальцы, и доводя меня до разрушающих душу оргазмов, после которых я спала, как младенец. Что-то в том, как он изматывал мое тело, дарило мне мирный сон, который не могла обеспечить ни быстрая прогулка, ни тренировка.

Тирнан по-прежнему не проявлял никакого интереса к ребенку, к его толчкам, снимкам УЗИ или самочувствию. Беременность была черным облаком, нависшим над нашими головами. Казалось, она служила самой толстой, самой неразрушимой стеной между нами. Но все всегда сводилось к одному и тому же: если Тирнан действительно заботился обо мне, он принял бы и моего ребенка.

Потому что я? Я бы приняла все и всех, кого он привел с собой.

Мои братья навещали меня достаточно часто. Я обедала с Энцо и Лукой, которые практиковали со мной свой ASL. Даже Ахиллес заглядывал, когда проверял свои так называемыеинвестиции по соседству. Каждый раз, когда он появлялся в квартире Тирни, чтобы поискать признаки любовника, он обязательно приносил мне что-нибудь из гастронома. Кальцоне или джелато. Его визиты удивляли меня больше всего. Потому что я знала, что Ахиллес не пытался никого впечатлить, включая меня, поэтому, если он выбирал провести со мной какое-то время, это было потому, что он действительно хотел узнать меня.