Читаем Слуга онлайн бесплатно
Добавить в голос почтительности не получилось. Фон Латгард и Маркус переглянулись, Артизар же снова поджал губы и нахмурился: кажется, записал нелюбовь к ангелам на счет моего паскудного характера.
– Но они же общаются с пророками, насылают видения, – неуверенно пробормотал Маркус. – В народе ходят чудесные истории о том, как ангелы являются и спасают людей.
– Ага, ходят. Их рассказывают аккурат с россказнями, в которых мне после воскрешения нужно убить девственницу, – согласился я и задумался. – Или изнасиловать и съесть? Постоянно забываю точные инструкции, поэтому на всякий случай делаю все и сразу.
– О, так вот в чем секрет! – И бровью не повела фон Латгард. – Это в вашем характере, Рихтер.
– Неправда! Гнусная клевета, фрайфрау! – хохотнул я. – Ладно еще убить и съесть – это бы я мог. Но насиловать? В жизни никого не принуждал. Без надобности. Количество желающих прыгнуть ко мне в постель и так сильно превышает мои, между прочим, нескромные возможности.
Артизар неприлично открыл рот, сраженный моим бесстыдством. Уши и скулы у него забавно покраснели, взгляд забегал по обстановке «Рыцарского погреба». Фон Латгард неожиданно поддержала выпад смешком. Маркус же упрямо вернулся к теме:
– То есть простому человеку не стоит надеяться на встречу и разговор с ангелом?
– Надейтесь, фрайгерр, пожалуйста. Но учитывайте, что выжить после встречи с демоном реальнее.
Маркус серьезно кивнул и, хоть я ничего не спрашивал, несколько смущенно пояснил:
– Просто за день столько чертовщины навалилось, что невольно задумаешься о душе и жизни… И о чем-то лучшем. Светлом.
Остаток ужина прошел за нейтральной беседой о внешней политике, ценах и налогах. Действительно важных тем мы больше не касались, зато я с удовольствием слушал фон Латгард и Маркуса. Даже Артизар вставил немного своего, что удивительно, здравого мнения насчет возможных реформ.
Ночной Миттен был тих и пустынен. Засидевшиеся до закрытия «Рыцарского погреба» горожане разошлись спать. В домах погас свет, и только оранжевые пятна фонарей разгоняли мрак. Магические огни раскачивались в такт порывам ветра. Не было слышно ни разговоров, ни лая собак – стояла удивительная тишина, будто метель поглощала все звуки. И только тихо скрипел снег под сапогами.
Красиво.
Но как же я ненавижу чертов холод!
Маркус, посетовав, что жена устроит ему «теплый» прием, распрощался с нами у трактира и поспешил вниз по сужающемуся проулку. Через десяток шагов повернулся, махнул рукой и исчез в усиливающемся снегопаде.
Я злобно выругался, когда метель бросила в лицо пригоршню ледяной крупы, поднял ворот пальто и направился следом за фон Латгард в сторону шпиля ратуши. Артизар семенил следом.
В очередной раз сравнив Миттен с Берденом, я окончательно решил, что столица нравится мне больше. Она всегда оставляла ощущение недосказанности, предвкушения, подхватывающее за низ живота. Темные проулки таили множество тайн и возможностей. А редкие фонари, частью разбитые и поломанные, добавляли остроты вечерним прогулкам. Да, в Бердене меня знали и боялись. Но чтобы рассмотреть ошейник и оковы, еще нужно приблизиться. Как раз на расстояние удара.
Миттен же пока на вкус ощущался простым и пресным. Не подумал бы, что к определению «уютный» можно добавить «излишне». Даже затаившийся среди добропорядочных горожан демон не разбавлял скуки. Словно единственным его делом здесь был небольшой отпуск от злодейств.
Сколько дней он уже в городе? И за это время не предпринял ничего. Убийство бургомистра не в счет, ритуал был защитным. Зачем-то же демона призвали? Вряд ли чтобы веселее провести Адвент и вместе встретить Нахтвайн.
Тот же Балберит – типичнейший представитель адской братии, – всего лишь заглянув в Берден за подписью Самаэля, не отказал себе в удовольствии пройтись по старым районам в поисках наживы и развлечения.
Вопросов становилось все больше. Ощущалась досада. Я не мог ухватить хотя бы край чужого замысла.
– О чем задумались, Рихтер? – Фон Латгард снова курила. – Поделитесь мыслями.
Я испытывал жуткое отвращение к ледяному воздуху, который она сейчас глубоко вдыхала вместе с дымом. Но, кажется, вредная привычка настолько вросла в нее, что фон Латгард скорее рассталась бы с жизнью, чем с портсигаром.
