Читаем От Носке до Гитлера онлайн бесплатно
Стрелять в "бунтовщиков" Брюнингу не пришлось. Наоборот, он, как и многие другие офицеры — выходцы из буржуазных семей, пошел путем примирения с новым режимом, путем приспособления к этому "республиканско-демократическому" режиму, убедившись в том, что итти в ногу с "революцией", в особенности в ногу с эбертианцами и носкидами — значит спасать ту священную частную собственность, которая так крепко защищается в папской энциклике и во всех творениях отцов церкви и защищать которую повелевает, прежде всего, оставленная отцом рента, позволяющая все еще откладывать выбор постоянного занятия. Брюнинг до того хорошо приспособился к новому режиму, что сорвавшие с других офицеров погоны солдаты избрали лейтенанта Брюнинга членом совета солдатских депутатов. В качестве уже выбранного начальника Брюнинг довел свою команду до того места, где она демобилизовалась. Только классового чутья рабочих не мог, конечно, обмануть новоиспеченный демократ-пулеметчик, приготовлявшийся выполнять план "X": в дневнике Брюнинга отмечено, что за все время войны его нигде, даже в оккупированной Франции не принимали так плохо, как его и его пулеметную команду приняли в том небольшом промышленном городе, где будущий канцлер окончательно снял офицерскую шинель. В прусской офицерской форме Брюнинг видел наивысший авторитет государства полицейского правопорядка: недаром он с удовольствием вспоминает о тех годах, когда он носил эту форму. Но еще с большим удовлетворением вспоминает он о тех месяцах, когда с помощью социал-демократов удалось избегнуть применения плана "X", необходимости уже на фронте обернуть пулеметы против германского тыла. Из этих двух элементов, т. е. веры в непреклонный авторитет армии и ее все сметающую силу и в извечность социал-демократического, соглашательского умения разлагать при этой лобовой атаке армии на рабочий класс тыл трудящихся — из этой веры в рейхсвер и социал-фашизм, как два кита государственно-политической системы Германии, и слагалась вся политическая программа Гейнриха Брюнинга. Школа прелата Зонненшейна и затем школа вождя христианских профсоюзов Адама Штегервальда только развернула это политическое миросозерцание Брюнинга, дала теоретическое обоснование и практические выводы тому, что молодой Брюнинг в момент германской революции почувствовал почти инстинктивно.
